— А, понятно, — кивнула я, не до конца вникнув в смысл сказанных ею слов. — Ну хорошо.
Голова совсем уже не варила. Я еле нашла в себе силы раздеться, потом просто рухнула в кровать. На душ меня не хватило. Вымоюсь, когда высплюсь.
Я провалилась в липкую тяжесть сна, и все остальное перестало для меня существовать. Я бы не заметила, даже взорвись весь мир.
Проснулась я под вечер, уже смеркалось. Тины ещё не было дома, а Миу свернулась рядом на подушке и буравила меня взглядом. Может, я проснулась ещё и от этого.
— Добрый… — я скосила взгляд на окно, — вечер. Долго же я спала.
— Выспалась? — участливо спросила кошка.
— Вроде да, — ответила я, потягиваясь и садясь на постели.
Захватив одежду и бельё, я пошла в ванную. Чистота — залог здоровья! Только когда я уже готовила себе завтрак, ну или ранний ужин, Миу решилась спросить:
— И что же произошло между вами с Кшати этой ночью?
— С чего ты взяла, что что-то произошло?
— Я бы сослалась на интуицию, но по тебе и так все видно, особенно тем, кто тебя знает, — примирительно проговорила Миу. — Так что случилось?
Так или иначе, но ей удалось выпытать у меня практически всю историю. Ну, с некоторыми интимными купюрами.
— Значит, ты отказалась выйти за Кшати, и он взбесился? — спросила кошка, когда я закончила.
— Не совсем, для взбешённого он вёл себя очень спокойно… Почти все время. Хм… тебе не кажется, что пахнет кровью?
— Кровью? — Миу повела носом. — Да, едва уловимый запах.
— Но откуда здесь кровь? — спросила я, поглубже втягивая воздух.
Сладкий металлический аромат. Только одна вещь может так пахнуть — свежая кровь.
— Лео, запах идёт отсюда, — воскликнула Миу из коридора.
Я вышла туда. И правда, здесь запах был сильнее. Вскоре я поняла, что им тянет из-под входной двери. Недолго думая, я распахнула её, и остолбенела.
Под дверью, словно приблудная собака, скрючилась Амарис, но я узнала её лишь по запаху. Так она была непохожа на себя прежнюю! На известную певицу Амарис. В испачканных джинсах и свитере, волосы жутко растрёпаны и скрывают почти все лицо. Кровь была у неё на рукаве, а ещё одно кровавое пятно расползалось по спине.
— Ами, что с тобой? Ты жива? — воскликнула я, падая перед ней на колени.
В ответ девушка лишь что-то простонала. Я осторожно взяла её лицо в свои руки и убрала с него волосы, и невольно ахнула. Некогда красивое, милое лицо теперь превратилось в один сплошной кровоподтёк. Половина лица вообще заплыла. Кто-то жестоко избил её. Очень жестоко, если учесть нашу способность к заживлению.
Не долго думая, я взяла Ами на руки, чем вызвала её очередной стон, и внесла её в квартиру. Не могла же я оставить девушку лежать на пороге! Ей нужна была помощь, и желательно медицинская.
Когда я укладывала Ами на свою кровать, она, всхлипнув, не без труда открыла глаза. По израненной щеке пробежала одинокая слеза. Едва слышно она проговорила:
— Прости, что побеспокоила тебя.
— О чем ты говоришь! Какое беспокойство! Лучше скажи, кто сделал такое с тобой?
Ами постаралась отвернуться, и я с трудом услышала её ответ:
— Кшати… Я больше ему не нужна. Прости, но мне больше некуда было идти…
— Все нормально, успокойся, — как можно нежнее проговорила я, хотя внутри бушевало просто адское пламя ненависти. Да как он посмел! Я была готова порвать Кшати на мелкие клочки. Будь он здесь, так оно и было бы. Но сейчас у меня были более важные заботы. Израненное тело Ами требовало ухода.
Девушка тяжело дышала, стараясь скрыть стоны. Она лишь смогла пробормотать: