— Я пыталась, но или никто не брал трубку, или я нарывалась на автоответчик. А один раз было занято.
— Понятно, — проговорила я, открывая дверь и приглашая сестру войти.
Миу, как всегда, вышла встречать, но, увидев, что я не одна, тотчас замерла. Пока Кристи стояла ко мне спиной, я приложила палец к губам, предупреждая кошку, чтобы она не выдала себя. Я помнила реакцию Дени, когда та узнала, что Миу говорит, и не хотела переживать это вновь.
— О! У тебя и кошка есть! — воскликнула Тина, погладив Миу.
Включив свет, я только сейчас получила возможность как следует рассмотреть сестру, да и она меня тоже. Она была одета в синие джинсы, кроссовки, тонкий серый свитер и лёгкую спортивную куртку, синюю с красным. За спиной у неё был рюкзак, на молнии которого болтался брелок в виде когтя. Хм, раньше у неё не было приверженности к подобному стилю.
Тина с не меньшим, если не большим, интересом изучала меня. Видно, такого моего облика она не ожидала. Порой я забываю, что из дома я уехала милой скромной девушкой (во всяком случае, так думали) с льняными локонами.
— Ты… постриглась?! — наконец проговорила она.
— Как видишь, — к чему отрицать очевидное. — Но что ты тут делаешь? Да ещё одна!
— Ну и что, что одна? Я не маленькая! Что, я не могу навестить сестру?
— Дело не в этом…
Но она меня уже не слушала. Бросив рюкзак прямо на пол, Тина пошла обследовать комнаты со словами:
— Ух ты! У тебя отличная квартира!
Миу вопросительно посмотрела на меня, а я лишь пожала плечами и пошла вслед за сестрой. Было уже полвторого ночи.
Тину я нашла в своей спальне. Видно, размеры моей кровати натолкнули её на некоторые мысли, но сейчас мне было не до объяснений. У меня к сестре возник целый ряд более важных вопросов.
— Тина, а папа с мамой вообще в курсе, что ты здесь?
— Ну да, — ответила она. Но одно из преимуществ оборотня в том, что ложь мы чувствуем за версту, а это была именно она.
— Не обманывай меня! Ты им сказала?
— Я оставила записку. Да все в порядке. Или я тебе мешаю?
— Нет, конечно. Ладно, завтра поговорим. Сегодня уже поздно. Есть хочешь?
— Немного.
— Тогда идём на кухню. Я бы заказала пиццу, но вряд ли они ещё работают. Так что придётся довольствоваться тем, что найдётся в холодильнике.
Нашлось не слишком много: колбаса, сыр, масло, сок, йогурт, ну и хлеб. Все остальное вряд ли подошло бы для столь позднего ужина. Так что выбор пал на бутерброды.
Мы сели есть. Когда Тина дожёвывала последний бутерброд, запивая его апельсиновым соком, то её глаза уже слипались. Опасаясь, что она заснёт прямо за столом, я погнала её в ванную, выдав ей одну из своих пижам. Конечно, та оказалась ей длинновата, но ничего другого я предложить не могла. В этой пижаме, с распущенными волосами, Тина выглядела лет на пятнадцать, не старше. Наши взгляды столкнулись, и я заметила в её глазах что-то такое, что меня обеспокоило. Но сейчас было не время вопросов.
Я уже постелила постель и предложила Тине ложиться. Ну не на диване же ей стелить, в самом деле. Пока я сама принимала душ и переодевалась ко сну, она уже уснула. Когда я вернулась в спальню, Тина крепко спала, сладко посапывая во сне.
Но сама я не спешила ложиться. Взяв телефон, я ушла на кухню, закрыв за собой дверь, чтобы не разбудить сестру. Номер я набирала по памяти, правда над последней цифрой пришлось подумать. Да, давненько я не звонила домой! Ой, как неудобно!
Я уже отчаялась, что кто-то подойдёт (вообще-то время было весьма позднее), когда, наконец, сняли трубку.
— Да? — раздался такой знакомый, такой родной голос.
— Здравствуй мама, это я.
— Эля, доченька! Как я рада, что ты позвонила! — из голоса моментально исчезла вся заспанность.
— Я тоже рада тебя слышать. Как вы там с папой?