– Но здесь же твоя мать, – нехотя напомнил Тадеуш.
– То-то и оно. Иначе все могло по-другому обернуться. И в этом кроется еще одна причина, почему мне здесь некомфортно.
– Задавила заботой и опекой? – предположила я.
– Да, – вздохнул демон. – К тому же она глава Дома, и в некоторых моментах я просто обязан ей подчиняться. Но я взрослый мужчина и давно привык жить своим умом! А тут я будто снова вернулся в детство! И то Эрмина меня так никогда не опекала. Кстати, что с ней?
– Она не смогла жить с тем, что совершила. Она… она умерла, – ответил Тадеуш, отведя взгляд.
– Понятно, – вздохнул Ференц. – И все из-за пустопорожних амбиций моей матери!
– Ну, она добилась, чего хотела, – ответила я.
– Допустим. А дальше что? Хочет воспитать меня наследником? Не выйдет. Я и раньше не горел желанием, а теперь уж и подавно. Вот уж никогда не жаждал командовать этой похотливой сворой!
– Но ведь это и твоя природа.
– Да, и от нее я тоже не в восторге. Первое время, когда я пришел в себя здесь, она затмила собой все. Пришлось приложить немало усилий, чтобы подчинить эти силы заново, когда исчезла сдерживающая человеческая природа. И никто мне помочь не мог, так как, подозреваю, мать скрывала это мое состояние. Только подсовывала демониц из своей свиты. Видимо, желала, чтобы я им детей наделал в процессе «снятия напряжения». Но мне это как-то…
– Ничего не вышло? – спросила я, но, похоже, Тадеуша этот вопрос волновал ничуть не меньше.
– Нет. И хорошо. Вот еще один вопрос, в котором мы с ней расходимся. Если б я хотел детей, то неужто не завел бы?
– Логично, – согласилась я, а сама подумала, что проблема родителей и детей вечна и распространяется на все расы. И Ференца я очень хорошо понимала.
– Похоже, у нас с Юрелой назрел разговор. Но не матери с сыном, а двух взрослых личностей, – несколько мрачно проговорил демон.
– Подожди. Давай определим несколько ключевых моментов. Первый и самый главный: ты хочешь вернуться?
– Да, безусловно. Я вырос в том мире. К тому же там Тадеуш.
Некромант улыбнулся и уткнулся носом в плечо демона. Полная идиллия. Грех ее рушить, но Ференц сам продолжил:
– Только я не могу вот так навскидку придумать способ законного перемещения. Вы ведь в курсе наших ограничений.
– Да. Но ты все еще полукровка, хоть и с убитой человеческой частью. Может помочь. Но тебе придется как-то договариваться с матерью. Ты же не хочешь, чтобы нам пришлось отбиваться от орды демонов или чтобы история с твоим возращением повторилась снова?
– Нет, конечно!
– Тогда надо думать. Идемте в дом, вместе со всеми пораскинем мозгами. Может, Иншал подскажет что дельное.
– Кто он для вас? – подозрительно поинтересовался Ференц.
– Друг. Так что не стоит его обвинять в чем бы то ни было.
– Я и не собирался.
– Хорошо.
Нас встретили с явным облегчением. Неужто у меня все так на лице написано? Нет, скорее не у меня, а у Тадеуша. Сияет, как новенькая монетка, даже не собирается скрывать собственные чувства. Хотя, смысл в этом? У нас слишком хорошее обоняние, чтобы утаить такое.
– Вижу, вас можно поздравить, – заметил Иншал, жестом приглашая следовать всем за собой в гостиную.
– Да, в какой-то мере, – уклончиво ответил Ференц, кажется, привыкший не доверять здесь никому.
– Уже хорошо. Однажды тебе удалось невозможное, не исключено, что и снова получится.
– Если вы про мое перемещение сюда, то в этом нет моей заслуги.