– Так почему ты не пошел в приют?
– Да ну. Там еще хуже, чем на улице.
Странно, но Франц не стал спрашивать, чем же именно, поинтересовался только:
– В какой больнице тебя лечили?
– Святого Михаила.
– И тебе не нужно там наблюдаться?
– Нет. Они меня собрали, зашили, научили заново владеть руками, ногами и прочими органами – все. Просто мне нужно постоянно заниматься какой-нибудь мелкой моторикой, иначе я скоро не смогу даже руку в кулак сжать.
– Это-то понятно, – протянул Франц, словно что-то обдумывая. – Сколько тебе лет вообще?
– Пятнадцать.
– И никто не задумался, почему ты играешь на улице, а не учишься в школе?
– Я просто избегаю полицию
– Ну-ну. И сколько ты так бегаешь?
– Год, наверное.
– Мне кажется, рано или поздно это для тебя может плохо кончиться.
На это Тадеуш лишь пожал плечами. К чему отрицать очевидное? Он старался просто не думать об этом, пока мог играть.
– Я предлагаю тебе остаться у меня, – вдруг сказал Франц.
Парень сначала подумал, что ослышался и даже переспросил:
– Что?
– Оставайся у меня. Живи в этом доме, как мой племянник.
– А на самом деле? Зачем это вам? – сразу насторожился Тадеуш. Он увидел самое дно городской жизни, и это отбило все легковерие напрочь. И веру в людскую доброту тоже.
– И на самом деле тоже. Ты мне понравился, и будет обидно, если сгинешь на улицах. Понравился совсем не в том смысле, не стоит на меня смотреть волчонком. Никаких непристойных предложений ни от кого в этом доме не последуют. Могу поклясться. Считай, что я решил тебя усыновить.
– Зачем?
– А ты упрямый, – улыбнулся Франц.
– Просто хочу понять. У вас, что, нет своих детей?
– Нет, и вряд ли будут.
– Но вы можете выбрать любого!
– Вот я и выбрал тебя. Когда-то мне самому пришлось побывать в роли приемного ребенка. Считай, это возвращение кармического долга.
На самом деле у Франца была еще парочка причин для такого поступка, но пока юноша был просто не в состоянии их понять. Возможно, через пару лет.
А парень задумался над всем сказанным. От него требовали очень серьезного решения, и он готов был растеряться.
Видя это состояние Тадеуша, мужчина сказал: