— Аптечку? Так, несколько средств, которые я сам изготовил, — перехватив мой недоуменный взгляд он пояснил: — Три года факультатива травничества. Так вот, об условии, — от этих слов я напряглась, но оборотень и бровью не повел. — Разрешишь и дальше называть тебя Принцессой и не будешь шипеть при этом. Да-да, вот именно так не надо.
— Зачем? — не поняла я.
Но вот ответов не дождалась, зато, как завороженная наблюдала за иронично изгибающимися губами.
— Просто я так хочу. По рукам?
— По рукам, — хотелось отшлепать себя по щекам, чтобы перестать на него пялиться! — Кстати, а сколько тебе лет?
— Двадцать три. А что?
— Хм... Если ты не оставался на второй год несколько раз, то, получается, поступил в двадцать. Что ты делал четыре года?
— Не у всех есть кругленькая сумма, чтобы сразу выложить ее за учебу в академии, — глухо отозвался он, и по фактурному лицу пробежала тень. — Кому-то приходится вкалывать, чтобы накопить денег, Принцесса. Тише, не рычи, ты же обещала.
Я поджала губы и наконец отвела взгляд, уставившись на звездное небо, чернильным куполом раскинувшееся над нами. Не полным куполом, ведь большую его часть заслоняло величественное здание академии, а по краям — угловатые ветви с частично облетевшими листьями. И все равно оно было прекрасно. Даже без сверкающего диска луны.
Рычать и дуться и правда расхотелось, ведь Лост в чем-то прав и не прав одновременно. Видимо, он не в курсе, что мне тоже приходилось работать. С одиннадцати лет я разносила письма и газеты, в пятнадцать пришла на почту уже на полный день, когда перевелась на домашнее обучение. Школа не платила, когда я в нее ходила, а вот на работе платили, и не так чтоб уж мало. Только все это оказалось бестолку, ведь на мою “кругленькую сумму” мама с легкой руки приобрела вожделенный набор минералов и еще какую-то ерунду, назначение которой я не понимала.
Наверное, лучше ему рассказать. Или нет? Получится, что я оправдываюсь, а мне этого не хотелось. Да и не за что мне оправдываться.
Так и не приняв для себя какого-то внятного решения, я перевела тему.
— А что насчёт тебя?
— Меня?
— Лост ведь не твое имя, — я не спрашивала, и услышав это, парень выдал натужную, вымученную улыбку. Тема явно была выбрана неправильная...
Между нами возникла давящая неловкость, которая буквально сгущала воздух, и как от нее избавиться, я не знала.
Но он вдруг резко выпрямился и всмотрелся в просвет между ветвей.
— Что такое? — прошептала я, невольно подползая ближе.
— Сам не знаю, — отозвался Лост, как вдруг в десятке метров от нас вверх взметнулся столб ослепительно-яркого пламени, сопровождаемого громким, почти оглушающим взрывом.
Глава 13. Диана
Часы на запястье взвыли, разнося по телу настойчивую, острую вибрацию. Наверное, чтобы уж точно почувствовала призывный сигнал, даже если со слухом плохо.
То тут, то там новые цветки племени взмывали вверх голодными лепестками. Это было бы красиво, даже чарующе, если бы не ощущение смертельной опасности, от которого по телу побежали толпы мурашек.
И, что самое страшное, огонь подбирался всё ближе к нашему с парнем укрытию!
— Что происходит?! — свой голос я не узнала и инстинктивно пыталась отползти подальше, хотя разум прекрасно понимал, что десять лишних сантиметров не станут преградой для пламенной стихии.
Я сжала кулаки, будто стараясь противостоять накатывающим волнам горячего воздуха.
— Понятия не имею, — напряженно произнес Лост. Казалось, что парень превратился в монолит, и только по вздымающейся груди можно было сделать вывод, что он все же дышит.
От огненных столбов, которых я сражающимся с ужасом разумом насчитала уже пять, начали расползаться горящие дорожки. Со стороны академии послышались крики, топот. Паника среди студентов нарастала. Мне казалось, что приближающийся со всех сторон огонь уже царапал кожу и жалил, как рой бешеных ос. Нет... Я не готова к такому, просто не готова!
— Нужно уходить, — скомандовал Лост, вскакивая на ноги. Протянул руку, в которую я вложила свою подрагивающую ладонь. Даже не задумываясь, правильно ли поступаю. Так было надо.
— Но куда? — как завороженная я смотрела на игру отсветов пожаров в его глазах, наполняющих их демоническим сиянием.
— На часах появилась метка экстренного сбора. Давай.