— А ты знаешь, где она живет? — решил сбить Клару с неправильных мыслей я.
— Да… помню, Никита говорил, что за прудом вроде, где-то у мельницы.
— Тогда чего мы ждём⁈ — воскликнул я, — пошли!
— Но девчата…
— Ты команду Гудкова слышала? Наша задача, как верных товарищей, не допустить, чтобы Нюра и Люся пострадали в селе, и чтобы Гудков их потом не ругал, что вечером в село вдвоём пошли!
— Но, Генка…
— Ты на жениха погадать не хочешь?
— А ты…
— Я не умею. Любовные гадания — это только женщины умеют.
— Тогда пошли! — решительно подскочила Клара.
— Погоди. Я только куртку возьму.
— Только быстро!
Мы выскочили из школы и, крадучись, чтобы не попасться на глаза Гудкову или Зубатову, рванули в село. Причем Клара неслась чуть ли не быстрее меня. Я чуть отставал, так как прихватил на всякий случай торбу с куклой и теперь она мотылялась и била меня по спине.
Само село Яриковы выселки было небольшим, но довольно растянутым, так что бежать нам предстояло долго. Дело усугубляло ещё и то, что грунтовая дорога от дождей раскисла и на обувь налипали просто килограммы вязкой грязи. Вдобавок штаны забрызгал. Хорошо, что холодная морось разогнала людей и во дворах почти никого не было, так что двое торопливо бегущих комсомольцев не привлекли особого внимания.
Наконец, мы добежали.
— Вот, где-то здесь, — пытаясь отдышаться, выпалила Клара, оглядываясь вокруг.
За обмелевшим сельским прудом находилось два двора, они были немного в стороне от остальных. Какой из них нужный — непонятно.
— А дальше куда? — почему-то спросила меня Клара, вытирая испарину со лба.
Я хотел ей ответить что-то в стиле, чем ты вчера слушала, но передумал, очередного витка ругани не хотелось.
Я посмотрел на дворы. Один примыкал к мельнице и забор там был новый, высокий. Второй же стоял чуть подальше, и заборчик там был чисто символический, а с двух сторон ещё и покосился так, что его подпирали колья, чтобы совсем не рухнул.
— Нам туда, — я потащил Клару к домишку с покосившимся забором.
Мы вошли без стука.
— Заходи, — я открыл входную дверь и первым вошел в сени. Здесь пахло полынью, сухими яблоками, мышами и пылью. Я толкнул дверь в дом. Послышались голоса. Говорила Нюра:
— Нет, он сказал, чтобы я похудела, и только потом он… — увидев меня она ойкнула и сконфуженно умолкла.
— Чего припёрся⁈ — недовольно зыркнула на меня Люся.
Девушки чинно сидели за накрытым плюшевой скатертью круглым столом, а перед ними была старуха в тёмном платке, которая ловко метала карты.
— Агитируете? — не удержался от подколки я, за это схлопотал подзатыльник от Клары.
— Тихо, — шикнула на нас женщина и добавила, — пускай проходят.
Люся просемафорила нам злым взглядом, мол, идите садитесь, раз принесло вас. Мы с Кларой прошли, расселись.
Тем временем гадалка тихо прочитала молитву, перекрестилась и принялась переворачивать карты: