— Обещаю! — раскланялся я и радостным ёжиком упорхнул на своё рабочее место, ликуя в душе, что эта коза отцепилась и не пристает больше.
— Ты представляешь, что тебе будет, когда она Изабеллу увидит? — поддел меня Енох и, не дожидаясь моего ответа, торопливо исчез.
Но судьба сегодня явно была не на моей стороне.
Только-только я устроился, взял фарфоровую ступку и пестик, отмерил на весах необходимую пропорцию из окиси цинка, осадочной серы, углесвинцовой соли и борной кислоты, всыпал всё это туда и уже хотел начинать аккуратно перетирать компоненты для отбеливающего крема, как случилось непредвиденное.
Один из практикантов, прыщеватый Валентин, из городских, нес свежеприготовленную хинную мазь для роста волос, поскользнулся и грохнулся на пол. И всё содержимое высыпалось на него.
— Апчхи! — от неожиданности расчихался Валентин.
— Ну всё, теперь у тебя волосы везде вырастут, — не удержался от шутливого комментария я.
Все засмеялись, а Валентин неожиданно вызверился:
— Слышь, придурок приютский, рот закрой!
Я взрослый человек в теле пацана, но даже меня столь грубый ответ на безобидную шутку выбесил, и я рявкнул в ответ:
— Свой прикрой, морда прыщеватая! А то сейчас вдобавок ещё вот эту хрень отбеливающую на тебя высыплю, будешь не просто везде волосатым, а волосатым блондином!
— Ах ты ж урод! — Валентин бросился на меня, но я подставил подножку, и он опять растянулся на полу.
— Отдохни, блондинчик!
— Что здесь происходит⁈ — в лабораторию вошел товарищ Форбрихер и теперь грозно смотрел на притихших практикантов.
— Это крыса приютская подножки расставляет! — наябедничал Валентин, — я упал и мазь рассыпал!
У меня аж челюсть от такой подставы отпала. Всё же не так совсем было!
Но аптекарь разбираться не стал и грозно велел:
— Капустин, отойдите от стола. Сдайте Елизавете реактивы и бегом за мной!
Пришлось подчиниться.
Провожаемый сочувственными взглядами остальных практикантов (и ни одна падла правду не сказала!) и злорадным взглядом прыщеватого Валентина, я отдал ступку с недоделанной мазью и пестик Лизоньке и вышел из лаборатории вслед за аптекарем.
Мда. Попал.
А всё же так хорошо начиналось.
В основном помещении аптеки, Форбрихер остановился и вперил грозный взгляд на меня, который, очевидно, должен был меня смутить.
Ну ладно. Я смутился, мне не трудно.
— Геннадий! — напыщенно начал читать нотацию аптекарь, — я думал, что вы, как никто другой, будете заинтересованы получить дополнительную специальность в аптечном деле!
Я покаянно вздохнул.
— Я давно наблюдаю за вами! — продолжил вещать Форбрихер, — У вас неплохой потенциал к работам по аналитической химии. И даже, скажу честно, я хотел дать вам рекомендацию, если бы вы решили поступать на провизора в училище. Но сейчас вы меня совершенно разочаровали! Мда-с, молодой человек, разочаровали вы меня, изрядно разочаровали! Вы же не только испортили дорогостоящие ингредиенты и попытались нарушить дисциплину, но и устроили безобразнейшую ссору с Валентином! А это, между прочим, сын нашего управляющего ВСЕРОКОЖСИНДИКАТом! Как вам не стыдно!
Он ещё что-то говорил, ругал, упрекал и обличал.
Появился Енох и насмешливо замерцал:
— Ну вот. Теперь будешь всегда крайним! Сейчас тебя этот аптекарь показательно накажет, чтобы остальным неповадно было. А Валентин увидит, что получилось, и теперь постоянно тебя травить будет.