Гаврила обрадовано хлопнул себя по бокам.
— Так давай я клетку хоть понесу. Привяжи ее ко мне!
Избор поднял брови, посмотрел на Исина.
— Я заодно ее в себе и спрячу тогда. От дурных глаз подальше, — добавил Масленников. — Вот считай одна рука у тебя и освободиться.
Уловив желание Гаврилы хоть в чем-то оказаться полезным, Исин, еще не поняв все до конца, согласно кивнул. Мысль пришлась Избору по вкусу
— Попробуем, может чего и выедет.
Распутав веревку, они общими усилиями протащили ее конец в кольцо, что было расположено на верхней крышке, завязали узел и Гаврила, отрубив своим мечом конец веревки, обвязал его вокруг пояса.
— Пройдись, — попросил Избор. Богатырь прошелся.
Зрелище было жутковатым — при каждом шаге из тела одетого в крепкий доспех человека выскакивала клетка с чашей и вновь пропадала в нем.
— Ну?
— Смотреть страшно… — признался Исин.
— Потерпишь, — весело ответил Гаврила, вполне довольный, что тоже при деле. — А уж если совсем плохо будет — отвернешься.
Готовясь в дорогу, Избор из пращи сделал себе пояс. Завязав на ней два узла он вставил туда ножны, а потом обернул все это вокруг себя. Получилось не очень удобно, но это все же было лучше чем ничего. Он несколько раз подпрыгнул, но ножи держались крепко.
— Тише ты! Яйцо раздавишь!!!
— Может оно и к лучшему…. — сказал осторожный Исин. — Вот попомните…. Заведет оно нас…Уши обрежут, кровь высосут…
— Справимся. Если что — Муря подсобит… — ответил Гаврила.
— Он первый и высосет…
Избор не согласился с Гаврилой и отрицательно качнул головой. Как ни крути, а колдуна они обманули. Когда он это поймет, а поймет он это обязательно, вряд ли он обрадуется.
— Не знаю. Не уверен.
Он помолчал, и, словно подведя черту под их разговором об этом, сказал:
— На себя надеяться будем. Друг на друга, да на удачу… А на колдунов надеяться… Да у них и памяти — то нет…
Переминающийся от нетерпения с ноги на ногу хазарин спросил.
— Почему это?
— Да вот яйцо нам оставил, а как его в дело пустить — не сказал.
— Так это не у него, а у тебя с памятью худо. Спросить бы надо было. Ты его на землю положи, а там посмотрим…
Избор ни слова не говоря, нагнулся и положил яйцо в траву, готовый случае необходимости бежать за ним, но яйцо проявило своеволие и никуда не двинулось.
— Ишь ты! — сказал Исин, рассчитывавший как можно быстрее убраться с этой полянки и встать на путь истинны.
— Первый раз вижу такое строптивое яйцо, — сказал Гаврила.
— Наверное сказать чего-нибудь нужно было, — догадался Исин и на всякий случай сказал:
— Ищи!