Пока они только смотрели друг на друга — те что стояли в проходе с сознанием собственной силы, зная что деваться тем, что сейчас сидят под крышей некуда, а те, сидели тихо, не делая попыток ни сбежать, ни защитится..
Разбойники были едины в своих убеждениях и своих желаниях.
Меж тех двоих, что противостояли им, единого мнения не было. Исин хотел схватки, а Гаврила — истины. Он профессионально оценил своих противников — из оружия у них были мечи да ножи.
«Это вам не песиголовцы» — подумал Масленников. Он мог бы и в одиночку разогнать этот сброд с той легкостью, с которой осенний ветер разгоняет кучу сухих листьев, а уж с помощью хазарина и подавно, но он не хотел этого…. Люди из тьмы могли быть просто разбойниками, а могли оказаться и посланцами остроголовых. Они были еще одной несообразностью, из тех, что творились вокруг них последние сутки, но он хотел сделать их ключом, что откроет тайну. Их появление тут давало возможность проверить талисман, и он уже знал, как он это сделает.
Приняв решение, Гаврила оглянулся на хазарина. У Исина таких мыслей в голове не было. Он видел перед собой врагов, и пока они были живы, считал их опасными.
Хазарин не успел еще вытащить меч целиком, как Гаврила остановил его криком:
— Не надо! Это друзья!
Исин недоуменно замер, а разбойников эти слова озадачили, пожалуй, еще больше, нежели чем хазарина. Их отделяло друг от друга с десяток шагов. Это расстояние и темнота не позволяло им не увидеть что-нибудь толком, ни разобрать шепота, которым обратился к сотнику Гаврила.
— Не вмешивайся. Сейчас я талисман проверю!
— Как?
— Смотри и не мешай!
Обмен словами занял не более трех секунд. Разбойники у выхода еще переваривали слова Гаврилы о дружбе и не обратили внимания на перешептывания.
— Знаешь, что делаешь?
— Знаю. Пусть только возьмут талисман в руки.
— Отдать талисман им? — возмутился Исин.
— Эго ведь не надолго, — утешил его Масленников. — Ты же знаешь, что произойдет, если они отберут его у нас…
— Неприятности… — прошептал хазарин. — Думаешь, талисман защитит нас?
В голосе Исина Гаврила уловил скрытый упрек, словно тем самым он подвергал опасности жизнь невинных людей.
— Если случится драка, мы их все равно поубиваем…
— В бою, — поправил Исин Гаврилу. — В бою.
— Тебе их жаль? Считай, что «Паучья лапка» твой первой удар по ним.
Исин пожал плечами.
— Тем более пусть все идет так, как говорю я. Если это «Паучья лапка»…
— Можешь в этом не сомневаться!
— Если он сам вмешается в это дело, возможно, это напугает их настолько, что они просто сбегут.
— Ладно, — решил Исин, — действуй как знаешь.
Он сказал это, увидев, как разбойники сдвинулись с места и направились к ним.
— Стойте! — испуганным голосом крикнул Гаврила. — Что вам нужно, добрые люди?
— Все то, что у вас лишнее, — нагловато весело откликнулся голос из темноты.
— Так ведь нет у нас ничего лишнего, — ответил Гаврила на всякий случай все-таки опуская руки к ножу. — Мы уж, почитай, больше месяца в пути.