Избор хотел возразить, но его опередил Гаврила.
— А ты их палкой гони, — серьезно посоветовал он. — Выбери палку потолще, да по своей глупой башке… Они и разбегутся…
Тут ветер донес до них запах жареного мяса и свежевыпеченного хлеба.
— Поедим и в дорогу… — сказал Избор. — Правду люди говорят — добра не сделаешь и зла не получишь.
— Ты о чем, — спросил Исин оглядываясь.
— Да о тебе все, — Избор кивнул на хазарина. — Чудовище убил?
Исин смолчал и Избор понял, что хазарин уже объелся славы.
— Убил, — ответил тогда за хазарина Масленников. — Сделал доброе дело.
— От невесты сбежал? — снова спросил воевода.
— Сбежал! — подтвердил Гаврила.
Исин бросил поводья и всплеснул руками, призывая Богов в свидетели.
— Так вы же сами… Талисман спасать…
— И на счет чудовища тоже я тебе советовал? — Ядовито спросил Избор. — Или, может, Гаврила? Куда давеча полез? Не было бы твоего геройства днем, то и ночного геройства не понадобилось бы…
— Значит, князя обидел, — не обращая на это внимания продолжил Масленников.
— Оскорбил… — поправил воевода.
— Чего князь с ним за это сделает?
Гаврила пожал плечами и ответил уже за себя.
— Круторог бы на кол посадил, а этот… Этот может тоже посадит, а может и женит…. Перед тем как посадить.
— Так что, сам понимаешь, нам тут задерживаться надобности нет.
— Так ведь не нарочно же, — попытался оправдаться хазарин.
— Твои оправдания князю что? Тьфу и все… — Избор ловко плюнул в пыль. — Пусть ему лучше уж князь Владимир это объясняет или Белоян… Им веры больше.
Как ни крутилась улица, но куда ей деться из-под ног троих богатырей? Пришлось-таки вести их в корчму.
При входе их встретил пузатый мужик с заискивающими глазами.
— А не ли у тебя… — начал Гаврила.
— Есть! — радостно ответил хозяин, уже по одежде определив, что нужно этим троим. — Есть все, что угодно душе странствующих воинов. Мясо, вино, пиво, свежий хлеб… А к вечеру освободятся и комнаты для ночлега. Есть веселые женщины…
— Нам бы волхва, — оборвал словоохотливого хозяина Гаврила. Он хотел добавить-«И трех жаб в сметане», но хозяин перебил его не дослушав. Он широко и гордо улыбнулся.
— Ну, а уж этого тем более…
Гаврила поднял брови, удивляясь тому, как корчмарь связал друг с другом эти слова «волхв» и «а уж этого тем более», а Избор улыбнулся. То, что обещал хозяин было даже больше чем необходимо и воевода первым спешился, обозначая действием принятое решение.
В зале привычно гудели голоса, в воздухе носились запахи, гремел смех. Придавленный переживаньями хазарин постепенно оттаивал, отрывая ноги у куриц, что притаскивал к ним благообразный отрок. Они ели и пили, выводя не рассеявшуюся за ночь усталость из мышц.
Кувшин вина, что пронесли мимо, зацепился запахом за хазарский нос и повернул голову сотника следом за собой. Веселый запах сладкого и перебродившего винограда звал за собой не хуже боевого рога.