В жаровню полетела щепотка зеленого порошка. Запахло жареными кузнечиками, горелой костью. Дым расползся по столу, коснулся хрустального шара, укрепленного в треножнике на павлиньих лапах. Он произнес заклинание. В глубине шара поплыли золотистые искры, потом налетел вихрь из зеленых звездочек…
Игнациус редко пользовался шаром, и оттого каждый раз засматривался на игру огней в нем. В этот раз получилось также. В глазах еще плавали цветные огоньки, когда в комнате зазвучал голос.
— Кого еще Локи принес?
В шаре, заполнив его почти полностью, плавало лицо Тьерна Сельдеринга. Он был красен, на щеках блестели бисеринки пота. Магический шар иногда искажал изображение, но все же не настолько. Что-то у него там происходило.
— Ты все еще ругаешься как язычник? — притворно удивился Игнациус, стараясь заглянуть тому за спину — Почему? Ведь Совет решил, что все живущие в Европе должны принять христианство.
— У себя дома я могу быть кем хочу — ответила голова — Что тебе нужно, Тарс.
— Я уже давно не Тарс. Я даже не знаю того, кто сейчас бы носил это имя. Зови меня Игнациус.
Тьерн посмотрел за спину, пробурчал что-то недовольно. Римлянин его не понял.
— Что?
— Глупая привычка менять имена каждые 70 лет.
Маг пожал плечами.
— Я живу с людьми. Мне иначе нельзя.
Он замолчал, ожидая вопроса. Тьерн не сдержался.
— Ну что там у тебя?
— Есть хорошая новость для всех нас.
— Какая новость? — досадливо завертел головой Сельдеринг — Вот время выбрал… Давай быстрее. У меня тут женщина.
Игнациус пожал плечами. В нем уже почти ничего не осталось от животного под названьем человек. Жернова времени содрали с него то, что делало человека человеком, подчинило плоть духу, а вот Тьерн искушений плоти еще не преодолел.
— Раб страстей — подумал Игнациус, а вслух сказал. — Ну убей ее и поговорим.
Глаза у головы в шаре забавно вылупились.
— Рехнулся?
— Ну выгони — равнодушно посоветовал римлянин. Мелкие страсти уже не волновали его. — Плоть надо держать в узде.
Его собеседник парировал этот выпад.
— Это тебе в твои года уже не думается о женщинах, а в мои 300 такие мысли в голове не редкость.
— Вымой голову. Магу она нужна совсем для другого.
Он хотел быть невозмутимым, но нетерпение в нем росло. Сегодняшнее знание обжигало душу. Внутри все сжималось, от желания поделиться узнанным. Он стал настойчивым.
— Выгони ее, есть разговор.
Тьерн уже понял, что женщину придется отложить. Хмуря брови он отвернулся — шар показал тяжелый затылок и прошептал что-то. Игнациус понял, что тот произнес слово Сна.
— Говори. Она спит. Никто больше не помешает.
Игнациус смотрел в глаза Тьерну и видел, как там замирает все низкое, человеческое и тот из человека превращается в Мага. В члена Совета.
— Надо срочно увидеться. Есть возможность собрать все амулеты вместе.