– Что ты хочешь, чтобы я тебе принес цаплю или яйцо? – спросил королеву Друль.
– Цаплю тебе не поймать. К тому же она взрослая и не будет жить в неволе. Но вот яйцо ее ты мне достань. Мои подданные выведут из нее птенца и приручат его. И у меня во дворце будет жить серебряная цапля. Ни у кого из земных владык нет ее. А у меня будет. И тогда пряжа золотого паука будет твоей.
Друль поклонился.
– Хорошо, королева. Я отправляюсь за цаплей прямо сейчас. Ты дашь мне лошадь из твоей конюшни? А то моя Лариса может идти только по тайной тропе, да и то тихим шагом.
– Разумеется, бери, какую захочешь. И Шиша возьми с собой. Он будет твоим проводником. Болото знает, как свои четыре пальца. Да и воин он хороший.
Друль с благодарностью принял такую услугу. Потом он вспомнил про Гальянку.
– А принцесса пусть пока останется у тебя. Я думаю во дворце она будет в безопасности.
– Я буду относиться к ней как к своей дочери, – успокоила его Трясиница Тропиница.
Друль обратился к Настрадамусу.
– Ты останешься здесь?
– Нет, я с тобой.
И Сладкоежка и филин раскланялись и покинули тронный зал и владычицу Великих болот. От королевы они, не теряя времени, отправились в дворцовую конюшню. Вернее назвать конюшней пруд, в котором плавали гигантские жуки-плавунцы, было бы конечно неправильно. Но так уж она называлась. А плавунцов болотные обитатели и слуги королевы называли лошадьми. Друлю понравился самый большой светло-коричневый плавунец с витыми рогами и длинными ногами. Он попросил оседлать его. Шишиги служившие при конюшне бросились выполнять его приказание. Пока седлали плавунца, Друль почувствовал, как его дергают за рукав. Он обернулся и увидел Таркулию. Кикимора заговорщицки ему подмигнула.
– Я слышала, что ты собрался за яйцом серебряной цапли? – спросила она.
– Да, королева попросила меня доставить его ей.
– Ты думаешь это так просто? Королева уже многих посылала за ним, но никто не возвращался обратно живым ни с цаплей, ни с яйцом. Ты очень рискуешь.
– Придется рискнуть, – грустно улыбнулся Друль. – У меня нет другого выхода. Мне очень нужна золотая пряжа.
– Ладно, так и быть, помогу тебе, – Таркулия стала что-то искать в кармане своего фартука. – Ты единственный, кто называл меня сударыней. А я доброго к себе отношения никогда не забываю. Сама цапля, просто глупая птица, и яйца у нее в гнезде как попало лежат. Но вот вокруг ее гнезда живут злые осы. Они большие как собаки и никого не подпускают на свою территорию. Обманешь их, достанешь яйцо, не обманешь, придется уносить ноги. А этого еще пока никому не удалось. Вот, держи, – и кикимора протянула Друлю колоду старых засаленных карт.
– Что это?
– Не видишь что ли? Карты.
– Но что мне с ними делать?
– Экий ты дурень! – Тартулия даже рассердилась. – А еще придворный чародей.
– Я еще не совсем волшебник, – стал оправдываться Друль. – Я только учусь.
Кикимора сразу смягчилась.
– Ну, неужели ты забыл карточные заклинания?
Сладкоежка хлопнул себя по лбу.
– Конечно, помню! И как это я сразу не догадался?
– Ну, то-то, милок. Ступай себе с миром. И удачи тебе.
Тут как раз к Друлю подвели плавунца, и он взобрался в седло и посадил перед собой Настрадамус и взялся за поводья. Ворота открылись, и плавунец скользнул как конькобежец на льду, по грязной болотной жиже.
– Спасибо, бабушка! – крикнул напоследок Друль Тартулии.
Кикимора прямо вся засветилась зеленоватым светом.