Свой! Этот тип убил уже четверых или пятерых противников! Руна Алекса больше не держала его, змеечеловек упрямо шел к нам. На нем висели лучшие бойцы «Рандомов», Арроу и сам Черный Дон, но сдержать не могли.
Или могли? АлексОрдер помогал им, кидая в противника руну за руной, Свой, наконец, зашатался, пропустил удар, другой, и рухнул – прямо на срединный алтарь. Полоска его жизни неохотно ползла в красную зону.
– Помогайте! – крикнул Черный Дон нам, на мгновение обернувшись. Арроу, нападая, прижал предводителя ПРОЕКТА к алтарю, занес меч – но Свой, хоть и замедленный, дезориентируемый дебаффами моего друга, все еще оставался грозным соперником. Он извернулся, мощным пинком в грудь отбросил врага, потянулся к поясу, вырывая из гнезда бутылочку с зельем.
Я уже был рядом. Синий меч, невесть как снова оказавшийся в руках, пел песню огня и стали. Прижатый к алтарю змеечеловек заметил его слишком поздно, а может, просто не успел среагировать. Мой удар пронзил его, пригвоздив к алтарю, острие Синевы уперлось в камень.
И одновременно с этим система спросила совсем неожиданную вещь:
– Чего ты ждешь? Добивай его! – крикнул рядом Блэки и вонзил в тело змеечеловека свои клинки.
Но перед этим я успел кликнуть иконку «нет». Все, что я читал о богах Тени и поклонении им, не предполагало кровавые жертвы. Насколько я уяснил, такие жертвоприношения были приятны только богам Тьмы, да и то не всем. Поэтому эффект убийства на алтаре во славу Тормиса мог принести неожиданные и не очень приятные результаты.
Тело Своего исчезло, оставив после себя несколько деталей экипировки, зазвеневших на плитах пола. Один из них, красивый кожаный наплечник с металлическими вставками и ремнем крепления с круглой пряжкой, остался на алтаре. Его на мгновение окутала серебристая дымка, а затем мне вновь прозвенели системные колокольчики:
Наплечник исчез, сверкнув напоследок драгоценным камнем, вделанным в пряжку, а изваяние бога над алтарем окуталось таким же серебристым сиянием и чуть-чуть… шевельнулось?
На выщербленной алтарной плите вдруг появился новый предмет. Это был свиток, древний, пожелтевший, с потрескавшимися краями. Он был перехвачен тонкой грубой бечевкой, похожей на пояс нищего, но завязанный замысловатым сложным узлом. Действуя по наитию, я протянул к нему руку – и свиток оказался в моем инвентаре.
Что это было? Ответный дар бога-хитреца или работа «процедурного» генератора по подбрасыванию плюшек слабейшей стороне? Или первое и второе в одном флаконе?
Манипуляций с наплечником и свитком, мерцания каменной статуи бога, кажется, никто не заметил – «Рандомы» были слишком заняты добиванием противника. Да и произошло все очень быстро – секунд десять миновало, не больше. Мигнула и погасла последняя иконка ПРОЕКТОв – наши союзники, наконец, добили Искателя и разразились радостными воплями. Оставалось их в живых всего пятеро – двенадцать полегло в схватке.
– Быстро лутаем все и на респ! – распорядился Блэки. – Жесткие ребята, боюсь, парни не удержат! Весь лут скидываем Тринадцатому!
– Никуда они не денутся, Блэки, – возразил Арроу, быстро обдирая павших. – Мы их хорошо так подраздели. И уложили им всех «пешек».
– Восемь! – торжествующе сообщил Тринадцатый, когда мы возвратились на точку респауна. – Восемь эпиков! И еще пять редких шмоток! Тысяч на тридцать голда!
– Кажется, это лучший лут в моей жизни, – сказал Черный Дон. – Как там эти?
Как и сказал Арроу, конста ПРОЕКТА не рискнула вырываться с респа, потеряв кучу шмота и всех спутников. В числе прочего нам дропнулся магический жезл Эйрин, лук и арфа Вороненка, плащ Своего… Они были лишены привычного снаряжения и частично безоружны. Такой щедрый лут объяснялся плохой и ужасной кармой воинов Тао. Если даже с меня, с «хорошей», зеленой кармой, при смерти стабильно падал один предмет, что говорить о них?
Мы подошли к каменному кругу возрождения, на котором смутно белели несколько призрачных фигур. Злой голос сообщил:
– Ну, все, вы в КОСЕ, вас весь АД заминусовал! Песец вам, твари!
Рандомы, не сговариваясь, одновременно громко заржали.
– Мы у половины Дорсы в КОСе, – отсмеявшись, крикнул в ответ Блэки.
– А кое-кто у половины Сферы, – добавил Тринадцатый. – На меня, например, сто тринадцать наград расшарено. О, уже сто восемнадцать…
– В общем, так! – Черный Дон, взявшись за пояс, ближе подошел к кругу респа. – Парни, каждый из вас может выкупить свою попу за пять штук золота! Тогда отпускаем вас и даем уйти. Если же нет – мы вас покемпим чуток, может, еще чего хорошего с вас выпадет…
Он с ухмылкой набросил на плечи синий плащ, принадлежащий ранее Своему, с удовольствием застегнул искрящиеся драгоценными камнями фибулы.
– Пошел на хрен! Все вернешь, сука!
– Больше, больше, боли! – поаплодировал в ответ Дон. – Я пишу видос, парни, скажите еще что-нибудь! Вы будете звездами офсайта сегодня!
Лидер «Рандомов» вернулся к костру. Видимо, в клановом чате он отдавал неслышимые нами команды, потому что несколько «Рандомов» почти одновременно встали и растворились в воздухе, беря кладбище в кольцо.
– Что думаешь, Блэки? – тихо спросил Арроу, когда предводитель присел к огню.
– А что тут думать? Никуда они не денутся, кишка тонка. Камни Душ заблокированы, только в офф.
Камни у них привязаны скорее всего в замке, за тридевять земель, – заметил Алекс. – Но это ПРОЕКТ, они так просто не сдадутся.