— Постой, — я беру её за руку, — не уходи. У меня никого нет. У тебя никого нет. Давай же хоть одну ночь мы не будем одинокими.
— Ты что? — она вдруг меняется в лице. На нем появляется маска испуга и отторжения, — секса что ли хочешь? Я думала. Я думала мы….
— Нет, нет. Ты не поняла. О бедная Этель. Ты так привыкла, что мир тебя использует как куклу, так отвыкла от человеческого тепла. Я просто предлагаю провести ночь рядом. Провести ночь в объятиях друг друга. Где здесь грех? Где здесь пошлость? Только человеческое тепло и единение.
По щекам Этель катятся слезы. Она закрывает лицо руками и падает на колени.
— Да. Да, привыкла. И это хуже всего. Хуже всего, привыкнуть к боли. До меня постоянно домогаются на работе. Алкаши, бомжи. Пристают, пытаются полапать. Я уже давно решила, что видят меня только как куклу для ебли. А я театр люблю, сказки. Детские, добрые. Путешествия по морю. Я танцевать люблю.
— С последним я могу тебе помочь, — говорю я, помогая ей встать, — а ведь я никогда не умел танцевать. Но в последние годы такая любовь к танцам проснулась. И к музыке. Сам не знаю откуда. Вот и танцую, как умею. Трясу телом, стараясь попадать в ритм. А нам большего и не надо, мы танцуем для себя, а не на показ. Только так можно вознестись.
Мы начинаем медленный танец в разгромленной комнате. Окруженные медленно падающим на пол снегом мы кружимся. Чувствую, что у каждого из нас сейчас играет своя музыка в головах. И танцуем так долго, долго, не замечая времени. Полчаса, час мы кружимся в молчаливом танце посреди тишины.
А когда наконец усталость подкашивает наши ноги, мы падаем на узкую старую кровать. Прямо так, в одежде. Мы лежим в теплых объятиях друг друга. Такая человеческая чистота души. Такое умиротворение. Да и не нужен мне никакой фильм. Исключат? Да и пусть. Что мне до этого. Что мне до всего мира? Сейчас у меня есть только Этель и бесконечность ночи.
10 ночь. Часть 1
Этель ушла незаметно. Когда я проснулся, её уже не было. Оглядываю комнату и прихожу в ужас от того, что наворотил вчера. У письменного стола валяется разбитая табуретка. Третья её ножка лежит на столешнице. Пол липкий от алкоголя, чей запах сейчас висит в воздухе. Одеяло на полу, скомкано. На нём останется пятно от пива.
Выхожу на улицу. Снег, выпавший ночью растаял в теплых лучах весеннего утра. Чувствую, что ночной снегопад — последний в этом году. За долгую зиму бескрайняя белизна успела мне надоесть. Да, это была долгая и тяжелая зима. Ощущение, будто проехался на адской карусели. Меня бросало то вниз, то вверх. Сейчас я всё еще чувствую слабость в ногах, но понимаю, что с каждым шагом буду лишь увереннее. Иду вдоль побережья, вдыхая бриз. Кричат чайки, в порт города заходят небольшие рыбацкие суда.
Всего-то нужно придумать место. Окончательное место. Ведь я обещал назвать его уже сегодня вечером. Я начал этот путь со лжи. Но что, если, погрузившись в пучину обмана, мне удалось показать себе правду? Быть может, сумасшедшая, полурелигиозная теория окажется верной. Такое уже случалось в истории человечества. Почему бы этому не случится снова.
Значит, мне нужно место с неимоверной энергетикой. Место, где в течение много лет скапливались эмоции и переживания. Таких в городе должно быть много, но из них вряд ли что-то подойдет. Чёрт, это было так легко, когда я просто придумывал бред на ходу. А когда задумался об этом всерьез, то, внезапно, все стало трудней. И совета спросить не у кого!
А точно ли, что не у кого? Мне ведь уже встречались люди, связанные с оккультизмом. Точно. Срываюсь с места и бегу по сырым улицам города прямо на окраины, к гаражам. Мимо сонных прохожих, спешащих на работу, мимо бродячих собак, по трамвайным линиям, через перекрестки. Бегу, словно боясь опоздать.
Еще весь день впереди, но ног я не жалею. Словно невидимая сила толкает меня вперед. Я буквально готов ощутить, как она толкает меня в спину, пролезает в мои ноги, заставляя их бежать быстрее.
Пролетая по лабиринту из сотни-другой гаражей, я оказываюсь у двери, в которую стучу. Нет ответа, стучу снова. Тут маленькая дверь гаража резко открывается и из неё выглядывает какой-то мужик.
— Что надо? Что такое? — удивленно спрашивает он.
— Фред, не сюда, — доносится голос справа от меня. Поворачиваю голову и вижу улыбающееся лицо Никс.
— Ошибся, извините, — быстро говорю я, после чего захожу обитель электрооккультистов.
— Что тебя привело. Нужен амулет от замыкания? Или глушитель помех?
— У вас есть глушители помех? Так, не важно. Нет, Никс, я не за этим. Хочу спросить, знаешь ли ты места с… эм… большой… концентрацией ментальной энергии, эмоций и всего такого? Вы просто в таких делах разбираетесь, поэтому и решил к вам заглянуть.
— Дерево распятых игрушек подойдет?
— Самое первое пробывал, не очень.
— Послушай, Фред. А тебе это зачем? — недоверчиво говорит Никс, прищуривая глаза, — Ты же у нас “повешенный”, так? Жизнь в тупике, необходимость перемен? Хм. Возможно, я знаю, как тебе помочь. Ну, вернее, не знаю. Но могу указать тебе на человека, который знает. Ты же еще не знаком с Хазард?
— Та, кто рисует ваши карты?
— Да. И не только. Можно сказать, она наш теперешний лидер. Черт знает, сколько у неё ума. В Городе её правда не найдешь. Хазард в предгорьях живет. У неё дом к западу от Желтого городка.
— Недалеко от дурки что ли? — удивленно спрашиваю я.
— Ага, так и есть. Но он достаточно далеко, чтобы не слышать их криков по ночам. Думаю, она сможет тебе помочь, а ты нам.
— Что ты имеешь в виду, Никс?
— Узнаешь на месте.