Я облегченно вздохнула.
– Большое спасибо.
Элли на прощание стукнулась со мной стаканчиком с кофе и пошла к выходу. По пути она поздоровалась с миссис Кроуфорд и Принцессой Пуррфект – обе с черепашьей скоростью двигались ко мне – и выскользнула за дверь, оставив после себя лишь аромат ванили и цветков роз, который провисел в воздухе до обеда.
Во время перерыва я решила кое-что поведать Фионе насчет Дэна, но на своих условиях. Что мы познакомились в университете и были вместе три года, однако в конце концов я порвала с бойфрендом, потому что не могла представить, как проведу с ним жизнь. Наши отношения плавно приблизились к точке, откуда я не видела совместного будущего. Оставаться с кем-либо лишь ради удобства – не мой вариант. Одиночество меня ничуть не пугало – как-никак всю жизнь в этом упражнялась. И пока я говорила, со всей очевидностью поняла, что действительно не скучаю по Дэну. Значит, сделала правильный выбор. А еще потому, что напоследок бывший бросил мне в лицо довольно противные обвинения.
– Ух ты! – произнесла Фиона, выслушав мою историю. – Ты так разумно говоришь, хотя вы были вместе три года. Это большой срок.
– Еще бы, – со вздохом созналась я. – Кстати, вы с Элли давно знакомы?
Едва речь зашла об Элли, как глаза Фионы засветились.
– Мы познакомились во время учебы. Она готовилась стать медсестрой, я – ветеринаром. Элли пришлось срочно уехать из дома. Она жила в Монреале, и в семье сложилась непростая обстановка.
– В каком смысле?
– Ее родители из Пуэрто-Рико, они упертые католики. Элли приходилось нелегко, и потому она покинула дом, едва предоставилась возможность устроиться в окружную больницу и параллельно получать образование. На мое счастье. Почти три года не разлей вода.
Три года. Я сглотнула. Как я и Дэн. Но если уж кто понял, что нашел свою родственную душу, тот понял это сразу.
– Ты должна познакомиться с Элли поближе, – продолжила Фиона. – Есть планы на завтрашний вечер? – Я недоверчиво посмотрела на нее. – Ах, пока нет?
Вопрос явно с подвохом. Ну какие у меня здесь могут быть планы?
– Отлично! Ты идешь с нами на пляж. Мы устраиваем большой костер. Маленькая традиция, в честь открытия сезона. Маршмэллоу, сморсы[7], штокброт[8]…
– Уговорила, – со смехом перебила я. – Ради сморсов – все что угодно.
Фиона торжествующе улыбнулась. От моего внимания не ускользнуло, что хотя она и не упомянула команду, но все же «мы» означало явно не только ее и Элли. Вероятно, ребята тоже будут? И Джек?
По животу опять пробежали мурашки. На сей раз ощущение перекинулось на спину и плечи. Я уже предвкушала, как проведу вечер на пляже. Вот и новая возможность доказать Джеку, что я не такая уж противная. Хотя бы только ради того, что он хороший друг Фионы. По крайней мере, я себя в этом убеждала.
12. Джек
Мы припарковались у пляжа.
– Приехали, дружок, – сказал я Реджи. Пес, как всегда, сидел на пассажирском сиденье. – Готов ловить палки? Их будет много. Столько ты еще в жизни не видел.
Пес радостно залаял и принялся скрестись в дверь.
– Подожди, я быстро.
Я выскочил из машины, чтобы открыть ему дверь, однако пес уже выпрыгнул через открытое окно и бросился к Уиллу и Блейку. Они как раз подносили дрова для костра и укладывали на песке.
Сегодня состоится наша знаменитая на всю округу пляжная вечеринка накануне первого июля, Дня Канады. Это давняя традиция. Уже много лет мы совместно с друзьями организуем пирушку. Напоследок устраиваем себе праздник и пользуемся свободой, пока в Сент-Эндрюс не хлынули туристы и не оккупировали все пляжи. Огромный костер, музыка и немереное количество спиртного. Потрясающая возможность снова увидеться со старыми друзьями – некоторые из них специально приезжают, чтобы поучаствовать в легендарной тусовке или завести новые знакомства.
Я рассмеялся – Реджи как раз прыгнул на Блейка и едва не опрокинул его. Они принялись возиться в песке; наконец Блейку удалось с помощью палки отвлечь пса от постоянно растущей поленницы дров. Палка улетела по дуге в направлении моря, и Реджи стремительно бросился за ней, да так, что песок разлетался во все стороны.
Я ухмыльнулся и, открыв кузов пикапа, принялся выгружать напитки. Все как обычно – переносной холодильник с водкой, текилой, пивом и виски. Однако на этот раз я прихватил еще и упаковку из шести бутылок черри-колы.
Я так до сих пор и не смог объяснить себе, зачем вообще ее покупал. Шел, погруженный в мысли, мимо стеллажей, брал оттуда одну бутылку за другой, пока не застыл как вкопанный прямо напротив колы, уставившись на лилово-красные этикетки. Снова увидел перед собой глаза цвета штормящего моря. Глаза Марли. Она непременно обрадуется, если на вечеринке будет ее любимый напиток. А поблагодарит ли за то, что я купил колу персонально для нее? Может, она увидит меня в совершенно другом свете, не только как лесоруба из маленького городишки? От этих мыслей голова пошла кругом. Ладно, берем! Я подхватил упаковку колы и заторопился к кассе.
После нашего разговора в выходные стало ясно – вопрос не только в том, чтобы доказать Марли, что я не соответствую тому клише, которое она на меня повесила. Проблема гораздо шире – я попал под ее чары. Хотел лучше узнать Марли, хотел понять, почему в тот день на пляже девушка была так грустна. Оставалось надеяться, что тогда не выставил себя на посмешище. А ребята в любом случае будут надо мной подтрунивать, утверждая, что они с самого начала догадывались.
Может, лучше оставить колу в машине, будто я ее и не покупал? Будто не было того сентиментального момента. Но… вдруг кто-нибудь другой обрадуется, что сегодня можно смешать напитки?
[7] Сморсы – маршмэллоу и кусочек шоколада между двух крекеров по типу сэндвича.
[8] Штокброт – обмотанная жгутиком теста палочка. Штокброт запекают над огнем.