Внезапно Леннарта осенила какая-то мысль, он выдернул бумагу из машинки, разорвал на мелкие клочки и бросил в корзину. Живо надел пиджак и поспешил к лифту. Нажал кнопку с надписью «Гараж» — там стояла его машина, купленная семь лет назад, вся во вмятинах, — но передумал и вышел на первом этаже.
До Мидсоммаркрансена было недалеко; если бы окна его кабинета не выходили на Кунгсхольмсгатан, он мог бы, сидя за письменным столом, видеть район вчерашней неудавшейся операции.
За домом, где жила Магган, он увидел её бежевую «вольво». Правда, номер не тот, который ему сообщил Скакке. Однако номерной знак старого образца нетрудно было поменять, и Кольберг не сомневался, что машина та самая. Он записал номер и вернулся в здание полицейского управления.
Вошел в свой кабинет, сел за письменный стол, отодвинул пишущую машинку и взялся за телефон.
Автоинспекция не заставила его долго ждать ответа: названного номера в картотеке нет и никогда не было. Рядом с буквами, присвоенными Стокгольму, стояли слишком высокие цифры, до каких на деле еще не дошло. И не могло дойти, поскольку стокгольмские машины снабжались теперь новыми номерными знаками, с другим кодом.
— Спасибо, — озадаченно произнес Кольберг.
Он не ожидал так быстро получить подтверждение, что знак на «вольво» фальшивый, — электронные машины не внушали ему доверия.
Ободренный успехом, он снова взял трубку, соединился с полицейским управлением Мальмё и попросил пригласить к телефону Бенни Скакке.
— Инспектор Скакке слушает, — тотчас ответил задорный голос.
Скакке еще не свыкся с новым званием и с явным удовольствием произносил слово «инспектор».
— Привет, Бенни, — поздоровался Кольберг. — Небось сидишь и в носу ковыряешь. У меня для тебя задание есть.
— Вообще-то я составляю рапорт. Но это несрочно. А в чем дело?
Голос его звучал уже не так задорно.
— Можешь сказать мне номера шасси и мотора на той «вольво», что угнали в Веллинге?
— Конечно. Сейчас скажу. Подожди минутку.
В трубке было слышно, как Скакке ищет в письменном столе. Стук ящиков, шелест бумаги, какое-то бормотание, наконец голос Скакке:
— Нашел. Прочесть?
— Конечно, черт возьми! Зачем же я тебе звоню!
Он записал номера, потом спросил:
— Ты будешь на месте в ближайший час?
— Ну да, мне же надо рапорт дописать. До обеда провожусь. А что?
— Я позвоню попозже, — объяснил Кольберг. — Мне надо задать тебе еще несколько вопросов, но сейчас некогда. Пока.
На этот раз Кольберг не стал класть трубку, а только нажал рычаг, дождался гудка и набрал нужный номер.
В этот день все сидели на месте и несли службу исправно. Шеф государственной криминалистической лаборатории сразу взял трубку.
— Криминалистическая лаборатория, Ельм.
— Кольберг. Привет.
— Привет, привет. Ну что тебе опять?
По его тону можно было подумать, что Кольберг только и делает, что звонит и отрывает его от дела и вообще отравляет ему жизнь, хотя на самом деле Кольберг больше месяца с ним не разговаривал.
— Речь идет о машине.
— Ясно, — вздохнул Ельм. — В каком она состоянии? Расплющенная, обгоревшая, затонувшая…