— А когда спектакль? — спросил я.
— В эту субботу. Я постараюсь достать вам пропуск, так как билеты давно уже проданы. Это премьерный спектакль.
— Спасибо, — сказал я, и мы поговорили ни о чем.
Дни я проводил в редакциях, которые видеть уже не мог. Стоял июнь, жара, пыль. Я был один в этом городе и зверел от одиночества, тоски и какой-то печали. В этот вечер, выйдя раньше из ресторана, я нашел монету и работающий автомат. Я не знал, что еще делать. Я позвонил ей — от тоски и бездействия. Зачем я набирал этот номер 299–85–85? Было полдесятого вечера. На другом конце трубку долго не брали, и я хотел уже повесить мою. Как раздался щелчок и монета провалилась. Где сейчас эта монета?
— Алло?
— Здравствуйте, — сказал я.
— Здравствуйте, — сказали в трубке, не удивившись, и…
— Меня зовут… — И я представился.
Ожидая, что сейчас зададут смертельный в своей простоте вопрос: что вы хотите? Вот этого я не знал, я звонил просто так. В поисках ничего или утраченного времени.
И был поражен. Поставленный правильно для сцены голос произнес:
— А я о вас уже слышала.
— Надеюсь, не с экрана телевизора: разыскивается убийца, особые приметы…
Она звонко рассмеялась:
— Нет, у вас гостила моя знакомая в Нью-Йорке. Прошедшей зимою.
— А-а. — Я предпочитал не вспоминать этот период.
— Вы давно у нас? — осведомился голос.
— С неделю. Я хотел бы с вами увидеться и поговорить.
Возникло молчание. На любой ее следующий вопрос у меня не было ответа. И вдруг:
— Вам удобно приехать через час?
— Не будет поздно?
— Нет, что вы, я раньше двух не ложусь.
— Какой адрес? — слегка осевшим голосом спросил я.
Отловив в ночи ездока, скорее всего — беспечного, не желающего ничего, кроме большого количества денег (как странно: а я думал, доброта — спасет мир), и заехав к маме, захватив большой пакет, я собрался нестись вниз.
— Сыночек, когда ты вернешься? — спросила родившая меня.
— Аллах знает, — сказал я. И она улыбнулась, все поняв. — Но даже он — не знает. — И умчался.
Актриса жила на одной из маленьких, бесшумных улиц в центре, месте, о котором я и понятия не имел.
Рассчитавшись с водителем-частником за все плохое в его жизни, я поднялся на пятый этаж. Я был одет в светлый костюм, голубую рубашку, темно-синий галстук и дорогие туфли, которые я купил недорого.
И позвонил в дверь. Через буквально минуту мне открыли.
— Здравствуйте! Проходите, меня зовут Тая.
— Очень приятно. — Я пожал ей руку, обняв своей ладонью. Рука была мягкая. — Вы изменились как-то…