Искусство Сновидения: читать начало книги онлайн

Затем дон Хуан несколько мягче заметил, что, безусловно, для мага гораздо менее опасно оставаться на уровне простого описания увиденного, но побуждение обобщать, интерпретировать, делать выводы и объяснять – пусть хотя бы самому себе – чересчур сильно, чтобы ему можно было противиться.

Еще одним объектом, который маги древних времен принялись изучать с помощью видения, стало воздействие смещения точки сборки на энергетическую конфигурацию существ. Дон Хуан объяснил, что при смещении точки сборки в новое положение в этом месте формируется новый конгломерат светящихся энергетических волокон. Увидев это, маги древности пришли к выводу, что восприятие автоматически собирается там, где находится точка сборки, поскольку она всегда окружена свечением осознания. Однако вследствие того, что сборка осуществляется на новом месте и задействует новые волокна, собранный мир не может не отличаться от привычного нам повседневного мира.

Дон Хуан объяснил, что древние маги различали два типа смещения точки сборки. Первый тип – смещение в любое положение по поверхности светящегося шара или внутрь него. Такое смещение получило название «сдвига» точки сборки. Второй тип – смещение точки сборки наружу, за пределы светящегося шара. Это было названо «движением» точки сборки. Маги древних времен обнаружили, что различием между сдвигом и движением определяется природа восприятия, формирующегося в результате такого смещения.

Поскольку сдвиг точки сборки является ее смещением в пределах светящегося шара, воспринимаемые вследствие этого миры, какими бы странно причудливыми они ни казались, принадлежат к человеческой сфере. Человеческая сфера составлена энергетическими волокнами, проходящими сквозь светящийся шар. В противоположность сдвигу, движение точки сборки является перемещением ее в положение вне светящегося шара, в результате чего задействуются волокна, не относящиеся к сфере человеческого. Восприятие этих волокон вызывает к жизни немыслимые, непостижимые миры, в которых нет никаких следов чего бы то ни было, свойственного человеку.

В то время проблема получения подтверждений имела для моего разума огромное значение. Поэтому как-то по случаю я заявил:

– Ты меня прости, дон Хуан, однако все, что связано с точкой сборки, кажется мне настолько притянутым за уши, настолько неприемлемым, что я просто не знаю, что мне делать с этим и что об этом думать.

– Сделать ты можешь только одно – увидеть точку сборки! – парировал он. – Видеть не так уж сложно. Основная сложность состоит в том, чтобы пробить стену, которая сдерживает нас и не дает сдвинуться с места. Эта стена существует в разуме каждого из нас. А чтобы ее разрушить, все, что нам необходимо, – это энергия. Как только мы накапливаем достаточное количество энергии, видение приходит само по себе. Просто случается так, что мы начинаем видеть. Весь фокус в том, чтобы выбраться из крепости удовлетворенности собой и ложного чувства безопасности.

– Дон Хуан, я вполне отдаю себе отчет в том, какой огромный объем знаний необходим для того, чтобы видеть. Это не просто вопрос наличия энергии.

– Это и есть вопрос наличия энергии. Самое сложное – убедить себя в том, что это возможно. А для этого необходимо верить Нагвалю. Магия тем и чудесна, что каждый маг должен доказать все самому себе на собственном опыте. И я рассказал тебе о принципах магического искусства отнюдь не с надеждой на то, что ты все это запомнишь. Я рассчитываю на практическое применение тобой этих принципов.

Говоря о необходимости верить Нагвалю, дон Хуан, несомненно, был прав. На начальных стадиях моей тринадцатилетней работы с ним мне труднее всего было принять его мир и его самого как личность. Ибо это предполагало безраздельную веру и безоговорочное принятие его как Нагваля.

Роль дона Хуана в магическом мире в полной мере описывалась его статусом среди таких же магов, как он. Они звали его «Нагвалем». Мне в свое время объяснили, что этим понятием обозначается человек – мужчина или женщина, – обладающий энергетической конфигурацией особого типа, которую видящий воспринимает как двойной светящийся шар. Видящие считают, что, когда такой человек вступает в магический мир, его избыточная энергия превращается в мерило силы и способности к лидерству. Нагваль, таким образом, является естественным лидером, его призвание – возглавить группу магов.

Поначалу мысль о таком доверии к дону Хуану выводила меня из равновесия и казалась противоестественной. Когда я сообщил ему об этом, он успокоил меня, сказав, что для него проблема доверия к учителю стояла не менее остро.

– Как-то я сказал своему учителю в точности то же самое, что ты мне, – сказал дон Хуан. – Он ответил, что без веры в Нагваля не может быть избавления от всего того, чем захламлена наша жизнь, и потому не может быть освобождения. Без сомнения, он был прав.

Я еще раз выразил свое принципиальное несогласие. Я рассказал ему, что меня воспитывали в гнетущей обстановке религиозного фанатизма и что это очень плохо на мне отразилось. Его же утверждение, равно как и утверждения его учителя, напоминали мне о догматах смирения и покорности, которыми я был сыт по горло с детства.

– Твои слова о Нагвале звучат как догмат символа веры, – сказал я ему.

– Ты можешь верить во что угодно, – возразил он. – Но факт остается фактом: нет игры без Нагваля. Я это знаю, и я это говорю тебе, так же, как и все Нагвали до меня. Но, как и я, они говорили это вовсе не из чувства собственной важности. И когда ты слышишь утверждение, что без Нагваля не может быть пути, подразумевается лишь одно: Нагваль – человек особый, ибо он лучше кого бы то ни было способен отражать абстрактное, дух. Но и только. Все мы связаны с духом напрямую, и лишь опосредованно – с человеком, который приносит нам послание духа.

Я научился безоговорочно доверять дону Хуану как Нагвалю. Как он и говорил, это принесло мне чувство огромного облегчения и способность принять все то, чему он меня учил.

При изложении своего учения дон Хуан уделял особое внимание всему, что было связано с точкой сборки. Однажды я спросил у него, имеет ли точка сборки какое-либо отношение к физическому телу.

– К тому, что мы обычно воспринимаем в качестве человеческого тела, точка сборки отношения не имеет, – ответил он. – Точка сборки является частью светящегося яйца – нашей энергетической сущности.

– За счет чего она смещается? – спросил я.

– За счет воздействия потоков энергии. Их генерируют энергетические всплески внутри или вне нашей энергетической формы. Как правило, формирование потоков непредсказуемо и происходит по случайным законам. Однако маги не только предвидят характер и поведение энергетических потоков, но и подчиняют их своему намерению.

– А ты сам ощущаешь эти потоки?

– Их ощущает каждый маг. Их чувствует и любое человеческое существо, но обычные люди слишком заняты своими повседневными делами, чтобы обращать внимание на подобные ощущения.

– На что похоже ощущение энергетического потока?

– Легкий дискомфорт, мимолетная печаль, которая немедленно сменяется эйфорией. Поскольку ни печаль, ни эйфория не имеют объяснимой причины, мы обычно не склонны относиться к ним как к достоверному признаку того, что на нас накатывается неизвестное. Мы списываем это на счет необъяснимых и в общем-то не слишком здоровых колебаний настроения.

– Что происходит, когда точка сборки сдвигается за пределы энергетической формы? Она зависает снаружи? Или как-то прикрепляется к светящемуся шару?

– Она вытягивает контур светящегося шара вовне, не разрывая его энергетических границ.

Дон Хуан объяснил, что конечным результатом движения точки сборки является полное изменение энергетической формы человеческого существа. Вместо того чтобы оставаться яйцом или шаром, она трансформируется в нечто, напоминающее по виду курительную трубку. Конец мундштука – это точка сборки, чашечка – то, что осталось от светящегося шара. Если точка сборки продолжает движение, то в конце концов наступает момент, когда светящийся шар превращается в тонкую полоску энергии.

Далее дон Хуан объяснил, что трансформация энергетической формы – это достижение, на которое были способны только маги древности. Я поинтересовался, оставались ли эти люди по-прежнему людьми после того, как их энергетическая форма изменялась.

– Конечно же, они по-прежнему оставались людьми, – ответил дон Хуан. – Но, я думаю, ты хотел бы знать, оставались ли они людьми здравого смысла, которым можно было бы доверять. На этот вопрос я бы ответил: нет, не совсем.