C.H.U.G.U.N.P.U.N.K.: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Другой, с высоким лбом, орлиным носом, мощной челюстью, ровным рядом белоснежных зубов и ясными глазами, доделывал проект нового архитектурного чуда — на цельнокаменном фундаменте макета была выгравирована надпись: «Дом». Суровость этого Дома была необычайно изысканна, грубые прямые линии очерчивали нарочито симметричную геометрию — открытую, сырую, массивную структуру бетона. Макет был реалистичен — такое широчайше тонкое Искусство было плодом настоящего Труда. Например, стеклопакеты в модели дома были высшего качества, выплавлены из пляжного песка посредством лежавшего неподалеку кустарно-технологического набора: печи для плавки стекла, огнеупорных мешалок, горелок, абразивных лент и прочих вещей, которые всегда можно найти на пляже.

Третья, Женщина с высоким лбом, орлиным носом, мощной челюстью, ровным рядом белоснежных зубов и ясными глазами, мощно взявшись пальцами за подбородок, с задумчивым видом стояла перед висящим в воздухе листом металла. Он был едва толще заготовки для производства обоев — 42 сантиметра. Очевидно, она занималась Творчеством. Каждый каменянин хотя бы раз в жизни задумывался о подвиге Искусства — процессе, при котором его угловато-гениальный мозг извлекал максимум своих ресурсов, и все для того, чтобы Культура Отчизны жила и развивалась в стремительном, как гамма-излучение, потоке.

Дети ходили строем — отрабатывали Прямую Походку Шагом. Атлетичные, великолепно суровые тела каменян рассекали водную гладь подобно железным ламантинам. Волны, поднимавшиеся от их пропитанных мощью и статью движений, ударялись о берег, приводя в действие портативные гидроэлектростанции — они запитывали энергией многочисленные устройства и динамичные произведения искусства.

Посреди всего этого стоял Николай Анкер. Друг. Последний раз они виделись пару сотен смен назад — не так много времени прошло. Однако, Виталий всегда был сдержанно рад встрече с ним. Ступив оголенными стопами на песок, он двинулся к Николаю. Сыпучий минерал дымился и слегка подпрыгивал от его шагов — приходилось осторожничать. Чем ближе Виталий подходил к Другу, тем выше поднимались в приветствии его брови — по 10 микрометров за шаг. Николай отвечал тем же. Они особенно мощно кивнули друг другу — в этих жестах было столько Воли, что гидроэлектростанции на несколько секунд перестали работать: волны пошли в обратную сторону. Раздалось Крепкое Рукопожатие. Следом за ним раздался оглушительный грохот.

Молчаливо повернув головы, Мужчины увидели, что Женщина с листом металла все же совершила подвиг Искусства — собрав всю Творческую Волю, она вполсилы ударила по своему полотну с плотной молекулярной структурой. Лист металла смялся, навеки отпечатав удар кулака, несущего в себе Доблесть. Таков был ее вклад в жизнь Камня.

Мужчины повернули головы обратно. Посмотрев Другу в глаза, Виталий с дружелюбной нейтральностью в голосе произнес:

— Рад встрече.

Николай ответил:

— Аналогично.

Пару секунд они молчали, наслаждаясь Дружбой, после чего Виталий, развернувшись, бросил:

— Все.

Николай мощно кивнул:

— Все.

Виталий уже выходил с территории пляжа, держа в руке коммуникатор. На экране мелькнула надпись:

«Маршрут построен».

Он двинулся к экватору. Там его ждет работа.

На экваторе, в обдуваемой всеми ветрами горячей степи, работали Вращатели. Камень не был способен вращаться самостоятельно, эту функцию воплощали сами каменяне. Виталий ни на секунду не задумался, обнаружив эту работу в коммуникаторе.

Он пришел на место уже через пару минут. Через весь экватор ровной, минималистично-маскулинной линией тянулись металлические выступы, глубоко вкопанные в поверхность Камня. По ним, держась за подвешенный на Силе Воли твердосплавный поручень, ступал Вращатель, раскручивая планету вместе с двумя другими такими же каменянами, находившимися на равноудаленном расстоянии в других экваториальных точках Камня. Он был заметно напряжен — и у каменян существовал предел силы. Но даже будучи уставшим он был… неимоверно крут. На его мрачном, покрытом благородной испариной лице гранитной громадой вздымалось Достоинство. Виталий кратко произнес:

— Смена. Виталий. Бетонов.

Вращатель, остановился. Испарив пот со лба подъемом температуры тела, он ответил:

— Подтверждаю. Владимир. Сталеваров.

Виталий крепко пожал руку рабочему. Волна давления от этого действия со скоростью выстрела разогнала пыль вокруг них, обнажив горную породу. Это была Искренность. Новоиспеченный Вращатель ухватился за поручень и сделал первый шаг. Начался новый цикл.

ГЛАВА ТРЕТЬЯ

Вспышка. Абсолютно черный экран озарила абсолютно белая надпись — "ФИЛЬМ".

"Зачастил он со вспышками." — подумал Виталий.

Мужчина сидел в Центре Досуга — небольшом здании площадью в пару тысяч гектар. За гостеприимно распахнутыми двухсоттонными каменными дверями располагалось множество развлечений, обеспеченных обыденностями прогресса. Например, в соседнем зале каменяне могли развлечь себя трудом в производственном цеху. Ничто так сурово не воодушевляло монолитное сердце, как работа за металлопрокатным станком. В других залах было не менее интересно находиться — там тоже базировались цеха, различалась только их специализация.

Наименьшей популярностью пользовались кружки танцев, крытый аэродром для любительских полетов и кино. Однако, для Виталия просмотр шедевров отечественного синематографа был сдержанно важен — он готовился совершить Подвиг Творчества. Более того, за доблестный труд на должности Вращателя ему был положен отпуск — и Мужчина решил воспользоваться им именно таким образом.

Тем временем, кинолента вышла на рубежи непосредственного показа аудиовизуальной информации. На экране отчетливо угадывались очертания горы. Она была… каменной. Громогласно умиротворенная, угрожающе спокойная. Монолитная, серого цвета, с серыми же переливами и серыми тенями. Мужественные склоны овевались ветром, который даже каменянин назвал бы серьезным. Вершина упиралась в отливающие сталью облака, разрезая пространство острым гранитным пиком.

Виталий, немного подумав, устремил свой взор в толщу горы и слегка прищурился. Там, в глубине предельно упорядоченной молекулярной структуры с вкраплениями железных руд, медных жил и неумолимо-громадно-бесподобных массивов всех прочих минералов, и лежала истинная суть. Каменность. Каменная сущность. Каменное естество. Каменный Камень. Разве есть в мире что-то более Каменное? Однако, эта ступень восприятия была недвижима, а недвижимость не сочеталась с представлениями Виталия о Творчестве. Что он ищет?

Виталий прищурился еще сильнее. Взор его проник глубже. Каждая каменная молекула начала фрагментироваться, становиться все четче, и в обширном микроскопическом пространстве, наконец, появилось Оно. Движение. Он увидел бесчисленные атомы. Каменные атомы. Электроны, подобно Вращателям на Экваторе, нарезали круги по орбите ядра, и в самом ядре, в бесконечном противоборстве энергий смыкались протоны и нейтроны. Глаза Виталия сузились еще больше. В последний раз его веки принимали такое положение во время взрыва блуждающей сверхновой в звездной системе Камня. На поверхностях частиц проявились… суровые, каменные лица. Они с бесконечным достоинством смотрели Виталию прямо в глаза.