- Ну хорошо, - терпеливо вздыхаю я, за что сюда угодить нельзя?
Еврипид задумчиво умолкает, а я начинаю замечать, как вокруг нас, хоть и на почтительном расстоянии, начинает собираться вороньё: видимо, привыкли к новой детали пейзажа, то есть к нам, и решили вернуться к своему излюбленному занятию – копошение в мусоре. Их тут собирается больше чем в среднем по территории, стало быть, место для них привлекательное чем-то, интересно только чем?
-- Ну вот ежели например ты, с катушек слетев, человек пять убьёшь голыми руками, - нарушил паузу Еврипид, - то тебя сюда вряд ли привезут — я же говорю, отморозков конченных и психов, сюда не привозят.
- Ага, значит та тройка ушлёпков, избившие меня и бросившие умирать, это, стало быть, не конченные отморозки.
- не, - качнул головой Еврипид, - уроды, конечно, это да, но до отморозков им далеко. Они, если хочешь знать, на гражданской территории могли быть вообще обычными, ни чем не выделяющимися гражданами, а попав сюда, помыкавшись, помучавшись, стали вести себя согласно окружающей среде, так сказать.
- Ну, теперь я буду знать, что ты хотя бы не отморозок, способный убить пятерых человек голыми руками, - резюмировал я.
- Я инженер, а не отморозок, - грустно усмехнулся Еврипид, - заработать захотел просто, но не срослось… не подфартило…
- значит не уголовная статья?
- Нет, - качнул головой Еврипид, - Уголовников сюда если и привозят, то первоходов в основном, кто, так сказать, оступился по глупости, и кто ещё может исправиться. Ну это с точки зрения властей, конечно.
- А на самом деле как?
- Я тебе что, Господь Бог, чтобы знать как всё на самом деле? – хмыкнул в бороду Еврипид. – На практике заработать уголовку очень даже просто, не обязательно ведь воровать или убивать человека, достаточно убивать Землю.
- Что? – недоумённо поднял бровь я, и этот что ли про Землю начинает затирать? А ведь нормальным человеком казался… – В каком смысле, Землю?
- Эх… - покачав головой вздохнул Еврипид, - хотел бы я посмотреть, чем это тебя так отоварили… только издалека. ну вред нанесённый экологии, а соответственно и планете в целом, приравнивается к уголовным преступлениям, есть же лозунг такой: «Убийство планеты, это тоже убийство!», неужели не слышал? Мне казалось, что такое даже гильотиной из памяти не сотрёшь. Или вот: «Брошенный на землю мусор — плевок в лицо всему человечеству!».
- Не знал, что плюнуть в лицо всему человечеству так просто, - задумчиво ответил я, - мне казалось что для этого неплохо быть каким-нибудь гением, хакером например, а то и вовсе террористом, ну или хотя бы экстремистом.
Еврипид хохотнул: - ну если верить лозунгам, то да, а вообще-то, некоторые экстримисткие группировки этим и занимаются: акции всякие проводят с демонстративным выбросом мусора, на камеру портят вещи многоразового использования, протестуют в общем.
Хм…вот говорит Еврипид вроде бы и о знакомых вещах: мусор, акции, экстремизм, а всё одно, создаётся впечатление, что рассказывает он про жизнь на какой-то другой планете – другой Земле…
- И что, за любую брошенную бумажку сюда заметут? – спрашиваю я.
- Ну за бумажку нет конечно, предупреждение вынесут для начала, если установят что это ты бросил, а вот дальше как повезёт – если продолжишь бросать, то могут счесть что ты делаешь это осознанно и целенаправленно, в экстремизме, опять же, могут обвинить, в подрыве общественных устоев, а там и до деструктивного антипланетного заговора недалеко, и тогда да – добро пожаловать в особую территорию, где ты можешь искупить свои преступления против общества и планеты Земля! – торжественно закончил Еврипид.
- Да… - протянул я, почесав в затылке, даже и не зная что сказать.
- Dura lex sed lex, - процитировал Еврипид, подняв указательный палец, - что означает: закон суров, но это закон. Я почему сначала и спрашивал тебя о причине попадания сюда – хотел понять, из этих ты, или из попавших под раздачу?
- Из этих, Это из уголовников что ли? – уточняю я.
- Да, но не только, - кивает Еврипид. – Разбойников там, и прочих лиходеев, ещё с виду можно определить, если, конечно, на каталу не нарвешься, что с виду порядочным человеком кажется; я-то ладно, но мне и Кая защищать нужно, а вот с экстремистами всё ещё сложнее: разбойничьих повадок у них как правило нет, нормальные, часто образованные, и даже интеллигентные люди, начнёшь с таким работать, и всё вроде хорошо да гладко, но фортель, такой вот фрукт, выкинет в самый непредсказуемый момент. Пойдёшь, к примеру, на сборный пункт, как положено, сырьё сдавать, а он возьмет, да на жёлтого броситься, а то ещё хуже, подберется к временному складу на пункте, пока жёлтые основной толпой отвлечены, да подожжет там всё – доказывай потом, что ты с ним ни заодно!
Я мысленно присвистнул – фига себе тут движухи, а я-то думал, что народ здесь только о способе пропитания думает с утра до вечера, а тут вон какие проблемы случаются...
- Я, конечно, не могу поручиться, что фантики мимо урны не бросал, но желания взорвать мусорный склад и плюнуть в лицо всему человечеству, я в себе пока не ощущаю, - заверил я.
- И то хлеб, - грустно усмехнулся Еврипид.
- И надолго тебя сюда? – спрашиваю я после некоторой паузы.
- На 7 лет, - отвечает Еврипид, то есть, можно сказать, навсегда…
- Почему это навсегда? – не понимаю я. – 7 лет, это, конечно, срок немаленький, но люди живут и подольше.
Еврипид усмехается: - Ну здесь-то попробуй ещё проживи подольше… но дело не только в этом. Там, - махнул он рукой куда-то себе за спину, - считается, что 5 лет, это предельный срок, за который человек способен не утратить социальные навыки, прибывая в изоляции, или на територрии подобной этой, и найти нормальную работу, если ты сидел больше этого срока, на практике особо не получится: доверия нет, да и конкуренция опять же… Вот и получается так, что там, люди занимаются примерно тем же, чем и здесь, разве что прав чуть больше; а некоторые отсюда даже и не уходят – привыкают.
- ну а сбежать отсюда можно?