— Ладно, это неважно. Крис кое-что мне рассказал про девятку. У него не мозг, а настоящая энциклопедия. Скоро буду.
— Давай.
Кейси повесил трубку. Он испытывал что-то вроде ревности: Глория вернётся с уловом: следователь намекнула на странности, которые обнаружила в школе. А он зря просидел утро в кабинете. Плохо.
Расставшись с Кейси, мы отправились в школу, где учились дети обеих убитых женщин. Это было серое здание, позади которого находилось новое футбольное поле с искусственной травой, обнесённое железной сеткой, а перед фасадом — детская площадка с фанерной пожарной машиной, красной горкой и прочими развлечениями.
— По правде говоря, я кое-что помню про значение девятки, — сказал я по дороге. — Могу поделиться, если хочешь.
Глория кивнула.
— Давай. Всё равно ехать долго. Потом сравним с тем, что нароет Кейси. Может, он узнает что-нибудь ещё.
— Во-первых, в китайской «Книге ритуалов» девятка означает девять основных ритуалов, в число которых входит жертвоприношение. Это едва ли имеет отношение к молчанию, но пока не стоит пренебрегать ничем, согласна?
— Само собой. Выбирать будем потом. В конце концов, то, что убийца отрезал женщинам языки, чтобы наказать за болтливость, — не более чем предположение. Давай дальше.
— Во-вторых, в разных религиях девятка символизирует ад. Кроме того, это число считается мужским и ассоциируется с маскулинным началом. А убийца явно стремится доминировать над женщинами. Вероятно, результат полученной в детстве психологической травмы. Так, что ещё? В Иудаизме девятка — символ правды, истины. Сходу, вроде, ничего больше в голову не приходит.
— Хм. Негусто. Даже не знаю, чем это может нам помочь.
Я с Глорией был согласен.
Девушка припарковалась на дорожке справа. Детей видно не было: уроки ещё не кончились. Мой взгляд привлекли стеклопакеты на всех окнах — школа явно была не бедная.
Выйдя из машины, мы направились к входу. Однако открыть дверь не удалось — она была заперта. Зато рядом имелся звонок. Я нажал блестящую кнопку, и мы услышали приглушённый гудок.
— Что вы хотите? — раздался голос из динамика — оказалось, что под звонком есть ещё решётка вроде тех, что делаются в домофонах.
— Старший лейтенант Глостер, полиция.
Электронный замок щёлкнул, и я на правах джентльмена потянул дверь. Через пять секунд мы стояли перед турникетом.
— Удостоверение можно? — проговорил дюжий охранник в сером камуфляже, явно бывший военный.
Глория достала корочку.
— Вы к директору? — поинтересовался охранник, снимая трубку стоявшего перед ним телефона.
— Да. Как его зовут?
— Мисс Бартерс. Минуточку, — охранник быстро нажал несколько кнопок. — Алло, это Виктор. К вам из полиции, — короткая пауза. — Не знаю. Хорошо. Проходите, — кивнул охранник, вешая трубку.
Он нажал под столом на кнопку, и турникет загорелся зелёным.
— Спасибо, — сказала Глория. — Как у вас всё строго, — заметила она, не торопясь уходить.
— Да, — сказал охранник. — Кабинет директора на втором этаже. Вот по этой лестнице.
— Ясно, — взгляд девушки упал на сенсорные экраны турникета. — Вы пропускаете детей по карточкам?
— Да.
— Здорово. А если ребёнок её забыл?
— Забираю дневник, — нехотя ответил охранник.
Беседа его явно тяготила.