И Геометр, и Аристократ поняли, о чём говорил Мечтатель. Троица переглянулась, никто не решался начать. Внезапный страх обуял троицу одновременно.
— Давайте я, — вызвался, наконец, Аристократ.
Он взял свечку, замер на мгновение, потом поднёс к рассыпанной на столешнице дорожке, прижал пламя к одному концу. Стоило язычку пламени легонько лизнуть порошинку, как та заискрилась и лопнула, передав свой жар соседним порошинкам. Дорожка запылала, время от времени разбрасывая случайные искры из стороны в сторону. Огонь усиливался и не думал затухать.
— Тушите, — промямлил ошеломлённый Мечтатель.
Аристократ огляделся, увидел глиняный кувшин с водой у лежбища, схватил его и затушил разгоравшееся всё сильнее пламя. Вода брызнула на Геометра и Мечтателя, но они этого и не заметили.
Троица молчала минуты две, переваривая увиденное. Наконец, Мечтатель осмелился заговорить.
— Ну что, этого хватит?
— Я не ожидал, что это правда, — выдавил из себя Геометр. — Ты понимаешь, что это значит, Богдан? А ты, Храбр?
— Мы полетим, — произнёс Аристократ. — Я найду деньги, найду столько, сколько потребуется. И мы полетим!
— Мне нужно выполнить расчёты, но то, что я видел, превзошло все мои ожидания. Ты отдашь мне остальное? — спросил Геометр.
— Конечно, я для того его и достал, — ответил Мечтатель.
Они ещё какое-то время обдумывали произошедшее, немного поговорили о дальнейших планах и о том, где завтра встретятся, Геометр пообещал выполнить всю предварительную работу сегодня же, после чего друзья, наконец, разошлись каждый по своим делам.
И ни один из них до конца не могу поверить, что слухи о пороховой смеси, изобретённой в подземельях, оказались чистой правдой.
6
После того, как Геометр покинул комнату Мечтателя, он направился прямо в лазарет церкви Первопламени — ему выделили для занятий полноценную келью, казавшуюся Тихону настоящими хоромами — закрылся там на замок и принялся работать. Сначала он измерял количество теплоты выделяемой порохом, затем строил пропорции, пытаясь определить необходимые объемы горючей смеси. После ряда дополнительных экспериментов пришёл к выводу, что порох слишком быстро сгорает, необходимо было придумать, как использовать выделяемую теплоту по максимуму. Он достал все реагенты, которые только были у него под рукой, всю ночь ставил эксперименты, под утро нашёл подходящий состав, снова приступил к расчётам: объём баллона, количество топливо, подъемная сила. Пропорции, пропорции, пропорции…
Кто-то начал стучать в келью, нехотя Геометр оторвался, открыл дверь — один из церковных служек сообщил, что в церкви объявляют обед. Только это вернуло Геометра на бренную землю и напомнило, что помимо его опытов есть ещё и другая жизнь. Он уже прогулял лекции в Высшей Школе, а теперь ещё опаздывал на занятия с купеческими детьми.
— Я не буду обедать, — отрезал Геометр, параллельно собирая все исписанные и изрисованные за ночь бумаги и складывая их в свою сумку.
— Ещё отец Градимир просил передать, что твоя помощь требуется в палатах с больными. Сегодня новые поступления.
— Передай отцу, что я помогу вечером, — отмахнулся Геометр, на ходу поедая корнеплод и натягивая свой куценький армяк. Замкнув свою келью, он умчался прочь.
Геометр даже на ходу не прекращал считать пропорции. Всё получалось. И получалось хорошо. Неужели их план действительно можно реализовать? Друзья будут в восторге! Но нужно повторить расчёты. И он повторял в уме, замечал свои упущения и пересчитывал.
Буквально позабыл обо всём на свете, бытовые действия совершал на автомате. Он не помнил, как добрался до дома купца, как объяснял вновь не разобравшемуся с домашним заданием Святозару решение, как Рада его несколько раз переспрашивала, а он постоянно отвечал невпопад. Забыл задать детям домашнее задание и не сразу откликнулся, когда на выходе из дома его позвал сам купец.
Боян Венцеславович опять отвёл его в столовую, закрыл дверь и внимательно посмотрел на Геометра.
— Ты какой-то рассеянный сегодня. И выглядишь плохо. Что-то случилось? — спросил он.
Геометр замялся, но потом выдавил:
— Не выспался.
Купец кивнул.
— Понимаю. Сам, бывает, ложусь спать, кручусь с бока на бок, а сна ни в одном глазу. Вставать пора, а голова раскалывается. Прошло, как стал на ночь пить разбавленную забродуху. И тебе советую. Будешь спать как убитый.
Геометр ничего не ответил, повисла пауза. Купец пристально на него смотрел и поначалу ничего не говорил. Но потом всё-таки не вытерпел.
— А как там твой друг, Храбр Истиславович?
Геометр вспомнил. Нужно же организовать встречу Бояна и Аристократа…