Море света: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Делаю шаткий шаг и неверно рассчитываю, насколько далеко находится лодка от причала, или упускаю тот факт, что нахожусь на неустойчивом пирсе и ступаю на дрейфующая лодку, но неважно. Реальность такова, что я ошибаюсь и падаю в ледяную воду.

В момент, когда я оказываюсь в воде, кричу от неожиданности и от температуры воды. Барахтаюсь, пытаясь дотянуться до сваи недалеко от меня, и, кажется, слышу, как хлопнула дверь. Между попытками не захлебнуться соленой водой и не утонуть, мне удается разглядеть темную фигуру на корме, светящую мне в глаза фонариком.

— Джорни? — Фигура резко вдыхает. — Это ты?

Вокруг меня плещется вода темно-синего цвета. Ноги ноют, и я с трудом удерживаю себя на плаву, отягощенная одеждой и ботинками. В кино человек тонет эффектно. В реальной жизни это происходит легко и беззвучно. Паника задает ритм моему колотящемуся сердцу. Ныряю с головой под воду, и острая боль пронзает все мое тело, как будто тысяча ножей одновременно вонзается в меня. Я не в состоянии сказать ему «да, это я». Я хочу, но не могу вымолвить ни слова.

Он опускается на колени, отчаянно протягивая руки. Хватает меня за куртку и вытягивает на корму судна, словно рыбу.

Я промокла до нитки и смотрю на Линкольна, дрожа от холода. Это он? Ответьте мне, потому что я думаю, что холод пробрался до самого мозга, и, на самом деле, это не он. У меня галлюцинации.

— Боже мой. — Хорошо, это не галлюцинации. Это Линкольн. Узнаю его голос с оттенком гнева. — Что ты тут делаешь? — спрашивает он, затаскивая меня в каюту лодки. Мышцы на его сжатой челюсти подрагивают. — Ты могла умереть в воде за считанные минуты.

— Н-не ду-маю, — говорю ему, заикаясь. Черт возьми. Кажется, в воде было теплее, чем здесь. Безудержно дрожа, обхватываю себя руками, у моих ног образовалась лужа воды. — Это з-з-заняло бы тридцать м-минут к-к-как минимум. — Замолкаю, пытаясь сделать вдох и успокоиться. Не помогает. Меня трясет еще сильнее. — Т-т-температура воды около сорока пяти г-г-градусов (прим. пер.: героиня имеет в виду -43℉ (-41.6℃).

Линкольн пристально смотрит на меня с бесстрастным выражением лица. Мое сердце сжимается от его равнодушия. Он фыркает в ответ на мои никчемные факты о переохлаждении и тянется за одеялом, которое лежит рядом с капитанским креслом. Если его раздражают мои знания о гипотермии, подождите, пока я случайно не начну рассказывать ему бесполезные факты о дельфинах, которые знаю. Приберегу это на другой день. Раньше я хотела стать океанологом, поэтому два года изучала морскую фауну и флору, читая бесполезные статьи. Ключевое слов здесь «хотела». От некоторой информации я получила эмоциональную травму на всю жизнь.

Линкольн быстро двигается вокруг меня. Включает обогреватель, буквально толкает меня на диван и начинает снимать с меня куртку. Еще не прошло и двух минут, как он вытащил меня из воды, а уже раздевает. По крайней мере, из маленького радиоприемника в углу тихо звучат песни Вилли Нельсона. Это немного поднимает настроение.

Я нервно смеюсь и убираю волосы с лица, чувствуя на языке вкус океана.

— Это было довольно безумно.

Как ни странно, Линкольн искренне смеется, что случается чрезвычайно редко. Затем его краткий смех быстро стихает, и выражение лица становится серьезным.

— Ты чуть не утонула. — Его челюсть сжимается. — Я бы не назвал это безумием. Это было глупо.

Хмурю брови. Линкольн назвал меня глупой? Я пришла сказать ему «спасибо», а он обозвал меня глупой?

— Я не об этом, — огрызаюсь. — Я имела в виду бар. — Наклоняюсь ближе к нему, в то время как под нами дышит океан, с легкостью поднимая и опуская волны. — Тебе не нужно было заступаться за меня.

Он пожимает плечами. Будто моя ярость не обоснована.

Я хочу рассмеяться над его небрежным отношением, но делаю лишь судорожный вздох, а моя кожа покрывается мурашками, когда Линкольн скользит руками по моим бедрам.

Он не сводит с меня глаз, его взгляд такой же бесчувственный, как и его прикосновения.

— Раздевайся.

Я борюсь с улыбкой.

— Зачем?

— Твоя одежда промокла. Если мы ее снимем, ты согреешься быстрее, будем греть тебя, а не одежду. Она забирает твое тепло.

Ладно, в его словах есть смысл. Снимаю толстовку, а затем футболку. Он забирает их, кладет возле обогревателя и достает фланелевую рубашку из сумки на полу.

— Вот. Надень.

Линкольн кидает рубашку мне в лицо. Беру ее, нахмурив брови. Просовываю руки под теплую ткань, подношу большие рукава к лицу и делаю вдох. Рубашка пахнет морской водой и дымом. Его веселит моя причудливость, приподняв бровь, он глупо улыбается и смотрит на меня так, как будто я сумасшедшая, и, возможно, так оно есть.

— Она чистая, — отмечает он, будто я нюхала ее по этой причине.

К сожалению, я бы все равно надела ее, даже если бы это было не так. Снова вдыхаю, желая, чтобы мои простыни все еще пахли им.

— Пахнет тобой.

Линкольн быстро кивает, по очереди снимая с меня сапоги, и также ставит их возле обогревателя. Прислушиваюсь к гулу обогревателя, к тихим ударам волн о причал и к своему прерывистому дыханию. В этот момент я вспоминаю, зачем вообще пришла сюда. До того, как решила искупаться.