— Иди сюда, — приказывает он. Девочка во мне хочет подразнить его и попросить сказать «пожалуйста», но как бы сильно он ни будоражил мою кровь, у него есть авторитет, который я не могу отрицать. Я медленно поднимаюсь по ступенькам, считая их в уме.
Один… два… три…
Мое сердце трепещет в груди, и я не тороплюсь, проводя рукой по перилам, пока поднимаюсь наверх.
Четыре… пять… шесть… семь… восемь…
Постепенно. Медленно. Требуя его внимания, пусть даже на короткое время.
Девять… десять… одиннадцать… двенадцать…
Я знаю, что это расстроит его, но, похоже, просто ничего не могу с собой поделать.
Тринадцать… четырнадцать…
Влад.
Наши глаза встречаются, когда я добираюсь до конца. Его переполняют эмоции — полное противоречие бесстрастному выражению лица, которое он так хорошо носит.
Остановившись, пойманная на его пристальном взгляде, я смотрю на него с невинной улыбкой.
Теперь я завладела твоим вниманием.
Глава 12
Мне нужен охранник у моей двери, чтобы не пускать сюда кого попало.
Гребаная Вика. Почему она добивается того, чтобы действовать мне на нервы до последнего? Разве у нее нет для этого Руслана?
— Итак, я вижу, ты имеешь их двух как одну, — огрызается Вика, шагая в мой кабинет. Она прищуривает на мне свои золотистые, такие знакомые глаза, и я стараюсь не задохнуться от ее приторно-сладкого зловония, проникающего в мой кабинет вместе с ней.
Иногда на нее больно смотреть. В ней так много черт Виктора.
— Вика, какой неприятный сюрприз.
— Твой маленький питомиц чувствует себя как дома, — продолжает она, игнорируя мой выпад.
— Если ты имеешь в виду мою невесту, я бы на твоем месте был бы осторожен. Теперь у нее здесь больше прав, чем у тебя.
— Не Диана, — усмехается она. — Другая. Маленькая Тень.
Ирина.
— Она предоставлена в комплекте. Какое тебе до этого дело? — издеваюсь я, откидываясь на спинку стула и возясь со своим мобильным телефоном.
— Рус рассказал мне, на что меня обменяли. Земля, Влад? Серьезно, это все, чего я стою для отца?
Кладя свой сотовый на стол, я поднимаю на нее взгляд, ища в ее глазах маленькую девочку, которую я когда-то знал. Она давным-давно угасла. Вместо этого это существо стоит здесь и смотрит на меня своими глазами.
— Намного меньше, — насмехаюсь я. — Но я выторговал больше положенного не потому, что верю, что ты стоишь большего, а потому, что могу. Ты всего лишь марионетка, а я — хозяин, дергающий за ниточки. Перестань бороться с неизбежным, Вика.
— И что же это, дорогой брат?
— Возмездие. Ради меня, ради Нико, ради Виктора.
«Сделай это своим оружием, брат». Будет по-твоему, брат.