Маршмеллоу: роман толстушки (ЛП): читать книгу онлайн полностью и бесплатно

— Конечно, босс, — она улыбается мне, что говорит о том, что она знает, что что-то не так, но она пока оставит меня в покое. Я благодарна ей за это.

Глава 14

Картер

Я проверяю время, проверяю свои сообщения. Я звоню, пишу смс, пишу DM. Ничего. Марша не отвечает. Я не знаю, случилось ли с ней что-то, или она просто струсила. Так что я немного волнуюсь, она должна была встретиться со мной час назад. Я должен был узнать её адрес.

Пока я жду у ресторана, меня переполняет злость и беспокойство. Я злюсь на себя за то, что не настоял на том, чтобы заехать за ней и привезти её сюда. Злюсь на неё за то, что она не берет трубку, когда я звоню. Я беспокоюсь, что она ранена и я не знаю, как её найти. И я беспокоюсь, что случилось что-то, что заставило её изменить свое мнение о нас. Я думал, что мы с ней на одной волне.

Спустя почти два часа я потратил достаточно времени, чтобы упереться в кирпичную стену и заставить себя уйти, признавшись самому себе, что она не появится.

Неужели я только что стал призраком11?

Я открываю Instagram и проверяю, писала ли она или отвечала своим поклонникам. И тут я вижу это. Точка, в которой её лайки заканчиваются и начинаются гадости. Комментарии, теги, абсолютно отвратительное поведение моих подписчиков. У меня закипает кровь, потому что они добрались до неё.

Мою милую, прекрасную зефирку отпугнули тролли.

— Это полный бред, — говорю я себе, открывая свой профиль и запуская прямую трансляцию.

Глава 15

Марша

— Проснись, — Джорджия толкает меня в плечо, и я заставляю себя открыть глаза. Они такие опухшие и распухшие от ночных слез, и я ненавижу себя. Я говорю о храбрости и принятии, но как только что-то задевает мою душу, я отключаюсь. Внутри меня живет маленькая толстая девочка, которая плакала, когда дети были злыми. Я не могу заставить себя быть большой, красивой и уверенной в себе женщиной, когда кажется, что почти весь мир против меня.

Зачем ему нужна ты, если у него может быть такая, как я?

Это замечание задело меня больше всего. Зачем ему я, если он может получить любую женщину, которую захочет? Что у меня есть такого, что могло бы его удержать? Вожделение и влечение — это прекрасно. Но что будет, когда мы войдем в привычную колею, он окажется в спортзале, а какая-нибудь девушка с фигурой «песочные часы» привлечет его внимание? Я не смогу с таким конкурировать, я обманываю себя, если думаю, что это может продлиться больше нескольких месяцев. Самые яркие звезды сгорают быстрее всего, и всё это происходило слишком быстро, чтобы быть чем-то долговременным. Лучше поберечь свое сердце и закончить всё сейчас, пока я не втянулась ещё больше.

— Что такое? — спрашиваю я, вытирая рукой рот, проверяя, нет ли на нем следов слюны.

— Я знаю, почему ты вчера была расстроена.

Я подталкиваю себя, чтобы откинуться на подушки.

— Я всё ещё не хочу говорить об этом.

— Я удалила и заблокировала всех до единого. Нам не нужно, чтобы эти люди портили твой свет.

Мои глаза слезятся:

— Какой свет? Я чувствую себя мошенницей.

— Почему? Потому что ты позволила кучке интернет-троллей одержать над собой верх? — я пожимаю плечами, и она кладет руку мне на спину, поглаживая успокаивающими кругами, — ты всего лишь человек. Ты не можешь быть сильной всё время, но что делает тебя особенной, так это то, что ты всегда восстанавливаешься и борешься за признание. Ты учишь тысячи девушек, как быть здоровыми и любить себя независимо от размера, и ты заслуживаешь счастья с мужчиной, который думает о тебе только хорошее.

Я фыркнула и надулась:

— Наверное, он уже не думает. Я бросила его вчера вечером, я не могла пойти на наше свидание, зная, что все об этом думают.

— Все? Нет, девочка моя, только придурки, а ты знаешь, что мы делаем с мудаками?

— Мы держим пальцы близко к глазам, чтобы размозжить им голову.

Она смеётся:

— Да, это очень весело. Но мы также не обращаем на них внимания, потому что они не наши люди. Наши люди любят тебя, и я знаю, что меня беспокоило то, как быстро вы с Картером влюбились друг в друга, но я искренне верю, что он тоже тебя любит.

— Правда?