Жизнь в древнем Риме. Повседневная жизнь, тайны и курьезы: читать начало книги онлайн

Что обычно видишь, прогуливаясь по центру наших городов? Множество магазинов. Так было и в Древнем Риме. Первый этаж инсул был занят лавочками и магазинами, между которыми находились незаметные входы в сами инсулы, с лестничными пролетами, которые вели на верхние этажи. Туда-то мы и направимся.

Мы приближаемся ко входу, оттуда на нас пристально смотрит какой-то человек: это один из «привратников». Он невысокого роста, толстый, в грязной тунике, на двойном подбородке топорщатся иглы давно не бритой щетины. Привратник сидит на простой табуретке, поигрывая узловатой дубинкой из дерева оливы. Дубинка эта говорит не только о его роли, но и о его прошлом. Точно такие же дубинки использовали в легионах, когда отдавали приказания – чтобы те «лучше доходили». По всей вероятности, наш охранник – бывший легионер, возможно, проштрафившийся центурион, пробавляющийся теперь этой работенкой, где требуется быстрая реакция и решительность для подавления стычек и ссор между жильцами. Как следует разглядев нас, он отворачивается и вновь обращает свой взгляд на улицу, на лица прохожих, даже не оглянувшись, когда мы переступили порог.

Сначала мы идем темным коридором, слыша нарастающий гул голосов. Мы вот-вот попадем в особый мир, маленькую вселенную со своими законами и своими жителями. Настоящий зверинец личностей и характеров.

Первая сцена, которая предстает нашему взору, разворачивается в глубине коридора. Девушка у огромной емкости-бочки, «долия» (dolium), стоящего под пролетом большой лестницы, балансируя на одной ноге на деревянной табуретке, выливает содержимое нескольких терракотовых сосудов в отверстие кувшина. Что здесь творится? Еще несколько шагов, мы выходим на площадку, и на нас накатывает волна тошнотворной вони. Так и есть: это моча… Девушка, очевидно, – рабыня, она выливает ночные горшки своих хозяев. Ее, похоже, совершенно не беспокоит сильнейший запах: видимо, она привыкла к нему, ведь на протяжении многих лет это одна из ее утренних обязанностей. Позже из прачечной пришлют за этой «драгоценной» жидкостью.

Оглядевшись, мы замечаем, сколь убого это помещение: стены облупились, на них пятна сырости, жира, даже следы ладоней. Есть и надписи. Одна из них особенно поражает. Это рисунок, изображающий двух сражающихся гладиаторов: секутора в шлеме, с коротким мечом и прямоугольным щитом, и ретиария с сетью и трезубцем. Рисунок явно выполнен детской рукой. Ребенок даже подписал их имена: Седул и Фелоник, очевидно тогдашние любимцы публики поразили воображение мальчика, подобно сегодняшним футболистам или персонажам мультфильмов. Рядом читаем еще одну надпись, слегка туманную: «Многих женщин часто обманывал Реститут» («Restitutus multas decepit saepe puellas»), – по всей вероятности, предупреждение для всех женщин инсулы, оставленное девушкой, соблазненной и брошенной одним из жильцов… Нередко встречаются и более «откровенные» надписи, как в наших общественных уборных. И вдруг среди непристойностей расцветает юношеская первая любовь: «Марк любит Домицию» («Marcus amat Domitiam»), тут же «уравновешенная» следующим: «Евтихида-гречанка, изящные манеры, дает за два асса» («Eutychis graeca assibus II moribus bellis»). Асс – ходовая монета, так что цена, честно говоря, более чем доступная…

Секс, любовь, оскорбления и спортивный азарт – все это археологи находят на стенах римских домов. Почти за два тысячелетия ничего не изменилось!

Девушка устало поднимается по лестнице. Пойдем за ней. Ей от силы лет двенадцать-тринадцать, белокурые волосы выдают северное происхождение. Кто знает, из какого она уголка Германии. Несмотря на юный возраст, у нее за плечами пережитая трагедия. Возможно, ее племя проиграло в схватке с римской армией и всех жителей деревушки обратили в рабство. Более вероятно все же, что ее поймали германцы из соседнего племени и продали работорговцам: леденящий, но весьма распространенный обычай. Всего несколько секунд – и ее жизнь навсегда переменилась.

Сейчас она стоит на площадке второго этажа и открывает дверь с двумя изящными кольцами из полированной бронзы. Войдем в апартаменты. С первого взгляда понятно, что здесь живет состоятельное семейство.

Как устроены квартиры в императорском Риме? Наша воображаемая реконструкция будет основана на археологических находках из древней Остии. Городская застройка и архитектура этого города типичны для того времени, которое мы рассматриваем, что позволит нам узнать много подробностей о повседневной жизни. Речь идет о любопытных фактах, собранных и проанализированных профессором Карло Паволини в ходе раскопок и изучения этого необыкновенного археологического памятника.

Современный термин «апартаменты» в ту эпоху не в ходу; римляне называют свои квартиры «ценакулы» (cenacula), но, если не считать этой разницы в названии, в остальном они очень похожи на наши, особенно в том, что касается планировки. Современные квартиры в действительности являются продолжением и развитием римских ценакул.

Первое помещение – парадное. Посередине стоит круглый мраморный стол на львиных лапах, на нем небольшая статуэтка Венеры. Таким образом, первым вас встречает и приветствует произведение искусства, что говорит об образованности владельца квартиры (или о его желании казаться таковым). Квартира не такая уж большая, ее можно окинуть взглядом: справа гостиная, «таблиний» (tablinum), слева обеденный зал, «триклиний» (triclinium). За нашей спиной три спальни. Поражает, насколько это жилье отличается от особняка богатого римлянина, который мы посетили: тот дом, подобно ощетинившемуся ежу, отгораживался глухими стенами от внешнего мира, все его помещения выходили во внутренний атриум с его бассейном для сбора дождевой воды. Здесь все наоборот: все основные помещения, будто под воздействием центробежной силы, стремятся наружу из середины дома. Почему? Причина простая: в поисках света все помещения располагаются вдоль фасада здания, в котором прорезаны большие окна.

Ясно, что оконное стекло для таких апартаментов имеет огромное значение: это дорогостоящий и ценный материал, но тем не менее он доступен для располагающих средствами жильцов роскошных квартир «бельэтажа». На верхних этажах, как мы увидим, все обстоит иначе…

Обстановка скудная: пара стульев, сундуки, складные табуреты и столы различной формы. Переходя из комнаты в комнату, мы встречаем предметы повседневного обихода: расческу, набор вощеных деревянных табличек для письма, терракотовую копилку (такую же, как наши!), бронзовый светильник, ларчик для украшений, связку ключей, среди которых один забавный, приплавленный к кольцу, чтобы носить на пальце…

Переступим порог. Посередине комнаты две большие вазы с цветами, стоящие на самом видном месте: цветы в доме любят не только в наше время, они были распространенным явлением и в Древнем Риме. Эта композиция сверкает многоцветьем лепестков. Не случайно ваза стоит на самом красивом столике в этой квартире, из экзотической древесины, с переливающимися волнистыми прожилками.

Это не единственное цветовое пятно в этом жилище. Как и в особняках богачей, и здесь в подтверждение любви римлян к ярким краскам весь дом изнутри покрыт многоцветной росписью.

Стены комнат то оранжевые, то лазоревые, то красные («помпейского» красного оттенка), окрашенные по сырой штукатурке. Поверх основного цвета, по сухому, нанесены изображения: стройные колонны или другие грациозные архитектурные элементы, образующие воображаемые окна, «выходящие» на выдуманные пейзажи и перспективы. Иногда в центре пейзажей помещены фигуры: в одной из комнат мы видим знаменитых девять муз Аполлона. Эти росписи у римлян выполняют ту же роль, что у нас картины.

Вдруг справа на уровне ног чувствуется тепло. Это жаровня с еще раскаленными угольями. Мы не обращали внимания, а теперь заметили, что во всей квартире нет ни камина, ни тем более батареи отопления. Единственным средством для обогрева помещений в ту пору были жаровни. Та, на которую мы наткнулись, оснащена колесиками, поэтому ее можно легко перемещать в нужное место, как мы поступаем с электрическими обогревателями.

По всему дому разносится сильный запах горящей древесины. Откуда он? Пересечем опять атриум со статуэткой Венеры. По дороге мы замечаем два красивых серебряных блюда и резной кувшин: это тоже статус-символы семейства. Войдем в триклиний. Дым стал заметнее, он наполняет всю комнату и, похоже, идет из угла под окном. Там возится та самая девушка, которую мы видели на лестнице. Она склонилась над большой квадратной жаровней и раздувает только что зажженный огонь. И вдруг мы понимаем, в чем дело: в этом доме мы нигде не встретили кухни. Вот она: бронзовая жаровня. Действительно, в таких квартирах кухня сведена к минимуму, это почти что походный вариант! И она «переносная», можно установить ее в любом месте, но здравый смысл подсказывает, что целесообразнее ставить ее как можно ближе к окну, чтоб туда уходил дым. Тем не менее по утрам и во время приема пищи дом неизбежно наполняется различными запахами, начиная с запаха горящих дров и заканчивая ароматом готовящейся еды. Но так бывает не у всех. Многие заказывают еду в ближних тавернах, во избежание проблем (и опасностей), связанных с использованием этих «походных» кухонь, и чтобы разнообразить свой стол…

Надо развеять еще один миф: насчет того, в каком положении едят дома. На триклиниях возлежат только во время пиров или праздников… В повседневной жизни едят как мы, сидя за столом.

Мы направляемся к выходу. Взгляд впервые падает на пол, и нам открывается маленькое чудо. Полы выложены изящной черно-белой мозаикой. Орнамент простой: это «косы», звезды, квадраты, в различных сочетаниях между собой… В соседних комнатах мы замечаем еще мозаику. Почему она черно-белая, а не цветная? Это легко объяснить: так дешевле. Мозаичные полы встречаются, как правило, на вторых этажах инсул, где живут, обычно в качестве арендаторов, состоятельные семьи. Люди зажиточные, конечно, но не сверхбогатые. А с такими полами квартира получает благородную отделку без гигантских расходов, как на вилле.

Цветная мозаика часто бывает с изображениями животных или человеческих фигур и требует высокого уровня мастерства. Для строителя инсул это был бы большой расход. А черно-белая мозаика может быть выполнена обычными декораторами, гораздо более доступными по цене, в том числе и потому, что они всего лишь воспроизводят в различных комбинациях геометрические фигуры. Кроме того, сырье, звестняк (белый) и базальт (черный), легкодоступно и недорого, в отличие от цветных стеклянных паст и полихромного мрамора, которые используются при изготовлении мозаичных панно.

В общем, черно-белая мозаика для римлян все равно как для нас паркет в доме: она придает элегантность и «приличный вид», избавляя от расходов на мраморные полы[13]. Но и она не везде, а только в господских покоях. В служебных же помещениях или в комнатках прислуги полы выложены простыми терракотовыми плитами (примерно два на два фута), кирпичом по диагонали или черепками, смешанными с мелом. При посещении археологических раскопок эти различия помогают понять расположение комнат в доме.

9:00

Нечеловеческое лицо инсул

И вновь мы на лестничной площадке. Поднимемся дальше по лестнице. Если вдуматься, в увиденном нами есть некоторые странности. Действительно, почему богач предпочитает жить на втором этаже, а не на верхних, более уединенных и тихих, с великолепным видом на крыши Рима?

Однако повсеместно в империи живут именно так: в мансарде обитают бедняки, а на вторых этажах состоятельные люди. Точная противоположность нашему времени, когда пентхаус считается высшим шиком. Почему так?

Причина проста. Во-первых, конечно, удобство: лифтов нет, поэтому чем выше живешь, тем больше ступенек надо преодолеть… Но есть и проблема безопасности. Строительное дело находится в руках бессовестных спекулянтов: чем выше, тем ненадежнее конструкции, тем больше риск, что дом обвалится (не говоря уже о сквозняках и дожде, затекающем сквозь крышу). Наконец, в силу распространения жаровен и светильников часто случаются пожары; жители нижних этажей могут легко спастись бегством, а обитатели мансард – нет. Жилец, делящий кров с голубями под самой крышей, последним заметит пламя, и его ждет ужасная смерть. Вот что пишет Ювенал: «Горит уже четвертый этаж, а ты все еще в неведении. Везде на нижних этажах царит переполох, последним сгорит заживо тот несчастный, что защищен от дождя лишь черепицей, куда влюбленные голубки прилетают откладывать яйца».

Впрочем, это «вертикальное» деление жилых зданий продолжало существовать вплоть до девятнадцатого столетия. На «благородных» этажах жили аристократы и состоятельные люди. По мере того как вы поднимались выше, квартиры оказывались заселены семьями со все более низким доходом. Социальное расслоение, которое сегодня наблюдается «по кварталам», в то время имело место «по этажам».

Продолжаем идти вверх по лестнице, пролет за пролетом. Неожиданно в нескольких метрах над нами шум голосов взрывается бранными возгласами. Крики привлекают других жильцов, выглядывающих на лестницу. Посередине лестничной площадки стоит женщина плотного телосложения, ее черные как смоль волосы падают на плечи. Она преграждает дорогу троим мужчинам, черные глаза сверкают гневом. Одной рукой она прижимает к себе грудного сынишку, а другой решительно рассекает воздух, сопровождая каждый жест властными фразами. При каждом движении ее большие груди колышутся под туникой. Без сомнения, это простолюдинка, привыкшая к прямому и резкому обращению.

За полузакрытой дверью в темноте испуганно блестят глаза остальных детей. Троица в растерянности останавливается. Первый раунд, безусловно, остается за ней. Двое из этих мужчин, простые привратники, были приглашены в качестве телохранителей. А третий, стоящий посередине, и есть, очевидно, главный зачинщик конфликта. Он высок, худ, с орлиным носом, впалыми щеками, закутан в темно-красный плащ, дважды накинутый на плечи. Его бесстрастный ледяной взгляд непроизвольно вызывает чувство тревоги. Это взгляд хищника, который знает, что последнее слово все равно останется за ним. А суть этой яростной перебранки вполне современна: повышение арендной платы…

Жилье в Риме стоит в четыре раза дороже, чем в остальной Италии, подчеркивает профессор Ромоло Аугусто Стаччоли. У нас еще будет случай вернуться к этим актуальным проблемам Вечного города.

[13] Мраморные полы нередко встречаются в богатых квартирах современной Италии. (Прим. ред.)