Микроб редко приходит один. Как микроорганизмы влияют на нашу жизнь: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Все микроорганизмы обладают поразительной способностью защищаться от нападения, в том числе и грибы и вирусы. Люди тоже причастны к тому, что микробы развивают опасную резистентность к антибиотикам. Начатая упаковка прописанных антибиотиков, не выпитая до последней таблетки, может способствовать резистентности какого-либо штамма бактерий.

Дозировка лекарственных препаратов выведена из данных клинических исследований таким образом, чтобы она побеждала инфекцию с высокой вероятностью. Но чтобы это произошло, нужно строго придерживаться рекомендаций. Только тогда можно с уверенностью сказать, что в инфицированное место организма антибиотик поступил в достаточной концентрации и что все вредные микробы погибли. Обычно же симптомы инфекционного заболевания быстро проходят, как только человек начинает пить антибиотики. Уже первый залп наносит микробам очевидный ущерб. Поэтому в очаге инфекции производится меньше ядовитых веществ. И защитные силы организма при поддержке антибиотика тоже чувствуют себя в ударе. Организм посылает мозгу сообщение: «Все снова в порядке!» И мозг думает: «Зачем принимать оставшиеся таблетки? В мусорку их!» Разрушительный ход мыслей.

Те выносливые бактерии, что пережили первый штурм, бьют в ответ еще сильнее. Теперь они могут беспрепятственно размножаться — ведь их конкуренты пали жертвой антибиотика. Удивительно, но для нас было бы полезнее, если бы организму было плохо до тех пор, пока инфекция не будет вылечена полностью, — тогда мы бы точно допивали упаковку лекарства до конца.

Этот пример показывает, что при борьбе с микроорганизмами нам иногда отказывает логика. И в теме гигиены тоже царит путаница. Признаюсь, здесь есть вина микробиологов. Мы долгое время рассказывали людям, что в своих четырех стенах они должны уничтожать всех микробов до последнего, спрятавшегося в какой-нибудь царапине. Поэтому сегодня почти в каждом доме есть суперсильное антибактериальное средство, предположительно уничтожающее до 99,9 % микробов. Но уже ясно, что нет необходимости добиваться в квартире той же стерильности, что в больнице.

Насколько я знаю, не существует ни одного исследования, которое бы убедительно обосновывало пользу от применения специальных дезинфицирующих средств для здоровых людей в домашней обстановке. Напротив, множатся доказательства того, что бездумное применение дезинфицирующих или специальных чистящих средств играет на руку потенциально опасным микробам. Есть данные, что неправильная дозировка дезинфицирующих средств может способствовать резистентности микробов.

Ведь дезинфицирующие средства были созданы не для того, чтобы обеспечивать стерильные условия и целенаправленно уничтожать бактерии, их главная задача — не дать распространиться инфекционным заболеваниям. В отличие от антибиотиков, они не атакуют конкретную цель. Они разрушают (ученые предпочитают говорить «денатурируют») жизненно важные структуры и биомолекулы микроорганизмов, например белки или жиры из клеточных мембран.

В больницах дезинфицирующие средства выполняют важную функцию, будучи первой линией защиты против опасных патогенов. Если они применяются в правильной концентрации и временной продолжительности, то надежно убивают и бактерии, резистентные к антибиотикам. Известные химические дезинфицирующие вещества — это спирт, озон, хлор, перекись водорода, йод, хлоргексидин, а также медь и серебро. Но что происходит, когда эти средства применяются в неверной дозировке?

Есть такая опасная распространенная привычка — разбавлять антисептические средства водопроводной водой. Или из экономии наносить лишь несколько капель на загрязненную бактериями поверхность. Исследования предполагают, что резистентные микробы только выигрывают от робких атак. Как и при применении антибиотиков, сначала погибают микроорганизмы, не способные оказать серьезное сопротивление. Но «плохие парни» остаются жить и процветают после исчезновения своих слабых конкурентов.

Вызывает сильное беспокойство то, что химические вещества могут способствовать возникновению резистентности и к антибиотикам. Pseudomonas aeruginosa (синегнойная палочка) считается очень зловредным возбудителем, таящимся во влажном климате ванн, раковин, душевых кабин и туалетов и способным вызывать в ослабленном организме целый ряд неприятных, даже опасных для жизни заболеваний, например воспаление легких.

Ирландские исследователи угостили в лаборатории микроба-испытуемого хлоридом бензалкония, широко распространенным антисептическим средством и консервантом, содержащимся во многих антибактериальных средствах для мытья посуды и для стирки. Возбудитель погиб, но только при высокой концентрации препарата. До того порогового значения микроб даже привык к антисептическому средству.

А использовав против микроба антибиотик ципрофлоксацин, ученые сделали шокирующее открытие: бактерии Pseudomonas оказались резистентны к препарату, который применяется, например, при кишечных инфекциях, а также инфекциях желчного пузыря и мочевого пузыря. И это при том, что возбудитель до того никогда не контактировал с антибиотиком. Тот же мембранный транспортный белок, с помощью которого бактерия избавилась от хлорида бензалкония, вышвырнул наружу и антибиотик.

Какие здесь выводы для домашнего использования? Нет абсолютно никаких причин использовать тяжелую артиллерию, к примеру антисептики, постоянно и в профилактических целях. Нормальной здоровой семье вполне хватит обычных способов уборки — она останется здоровой и счастливой. Исключением из этого правила является ситуация, когда член семьи с острым или хроническим инфекционным заболеванием лечится дома. Тогда лучше обратиться за советом к квалифицированному специалисту, например терапевту. И он подскажет, нужны ли дезинфицирующие средства.

Микроб отправляется в поход

Иногда жить в маленьком городке, таком как Швеннинген, — преимущество. До любого места можно дойти пешком или доехать за пять минут на машине. Прежде всего это означает следующее: можно избежать поездки на общественном транспорте. И я считаю, что так и надо поступать, — особенно в эпидемию гриппа!

Конечно, сейчас я выступил как полный ипохондрик, но, хорошо владея предметом, прощаю себе эту слабость. В общественном транспорте проще всего подхватить инфекционную заразу, например грипп. Особенно когда зимой кашляющие и чихающие пассажиры стоят близко друг к другу.

Микроорганизмам от современного транспорта очень большая польза. При сравнительно легких простудных заболеваниях их распространение этим путем не страшно. Но с приходом гриппа веселье заканчивается. Грипп — это не насморк (ОРВИ), а тяжелая инфекционная болезнь, с высокой температурой и болями, с типичными для простуды симптомами. Ужасный итог эпидемии гриппа 2017–2018 годов в Германии: 1665 смертей.

Для сравнения: в 2011 году от инфекции ЕНЕС (энтерогеморрагическая кишечная палочка) в Германии скончались 53 человека. Возбудитель был найден: это были зараженные ростки пажитника из Египта. В мае и июне 2011 года Германия была близка к массовой панике, так как причина еще не была установлена. Конечно, это не умаляет серьезности эпидемии, но демонстрирует интересный психологический эффект: слово «грипп», как ни удивительно, многих людей совсем не беспокоит. Очевидно, что грипп считают формой чуть более серьезной простуды, неотъемлемой приметой зимы. Это не так.

Транспортное сообщение, объединяющее много точек по всему миру, способствует более быстрому распространению возбудителей и инфекционных заболеваний.

Сегодня сеть глобального авиасообщения объединяет более 4000 аэропортов. К услугам путешественников около 2500 рейсов. Авиакомпании обслуживают ежегодно более 3 миллиардов пассажиров, которые вместе оставляют за собой ежедневно более 14 миллиардов километров. Прибавьте сюда еще и не поддающиеся исчислению путешествия на поездах, кораблях и, конечно, автомобилях.

Еще никогда в истории человечества опасному возбудителю болезней не было так просто попасть из пункта А в пункт В: к его услугам и борт авиалайнера, совершающий трансатлантический перелет, и пассажирское сидение общественного автобуса в Швеннингене.

Особенно впечатляющий пример развития общемирового трансфера патогенных микробов — эпидемия чумы, опустошившая в середине XIV века половину Европы и унесшая 20–25 миллионов человеческих жизней. Уже тогда распространению «черной смерти» способствовала оживленная морская торговля между странами. По торговым путям, соединяющим портовые города Средиземного моря с Крымом, Yersinia pestis (чумная палочка) попала из Азии в Европу. Но все же у возбудителя ушли на дорогу десятилетия.

Так как в XIV веке люди редко путешествовали на дальние расстояния, чума подкрадывалась медленно. По новейшим подсчетам, она распространялась равномерными волнами с юга на север со скоростью 4–5 километров в день.

Другим заразным болезням тоже требовалось много времени. Это привело к широко распространенному заблуждению о происхождении чумы. Микробиолог Йорг Хаккер прекрасно показал это на примере сифилиса, свирепствовавшего в конце XV века в Европе: «Сифилис называли во Франции неаполитанской болезнью, а в Неаполе — французской болезнью. В Англии сифилис получил название Morbus gallicus, но также назывался и Spanish disease, в Португалии — El mal de los Castellanos, в Польше — Deutsche krankheit, а в России — польская болезнь».

В наше время болезни распространяются намного быстрее: 100–400 километров за день. Но установить первоначальное место, где возникла эпидемия, до сих пор бывает нелегко.

Физик-теоретик Дирк Брокманн из Берлинского университета Гумбольдта и социолог Дирк Хелбинг из Высшей технической школы в Цюрихе создали математическую модель для предсказания распространения заразных болезней. «Скрытая геометрия» — так назвали они те витиеватые пути, которыми путешествуют по миру патогенные микробы в XXI столетии.

Сначала казалось, что предсказаний о том, куда будет двигаться боевая армия микробов, сделать нельзя — слишком сложна структура современной мобильности. Но Брокманн и Хелбинг обнаружили, что можно выявить определенный паттерн: заразные болезни распространяются круговыми движениями, сопоставимыми с концентрическими кругами, которые вызывает камень, брошенный в воду.

Эти ученые ввели в свою модель новое понятие, которое по-новому определяет расстояние применительно к передвижению микроорганизмов. Формула эффективного расстояния учитывает тот факт, что в наше время качество транспортного сообщения не менее важно, чем абсолютное расстояние в километрах. Очень интересное наблюдение, которое подтверждается моим многострадальным опытом.

Сев на поезд на вокзале Швеннингена (если обычная станция заслуживает такого гордого названия), уже через два часа оказываешься в аэропорту Штутгарта, расположенном в ста километрах. Те же два часа — и ты уже за 500 километров, в Париже, выходишь спокойно из самолета и покупаешь в магазине аэропорта первый круассан.

Самолеты — противоречивое средство передвижения, когда речь идет о распространении микробов. Реактивный самолет, например, может со скоростью ветра принести в Германии экзотического возбудителя, прибывшего вместе с туристом из далекой страны. Именно так за несколько недель эпидемия SARS (тяжелого острого респираторного синдрома) добралась из Южного Китая до Европы и Канады. Весной 2003 года этот респираторный синдром, вызываемый вирусом из группы коронавирусов, распространился сперва по крупным воздушным путям.

Но при этом в самолетах меньше бактерий и микробов, чем можно было бы предположить. Самая высокая плотность микробов — на откидных столиках кресел. Хотя всего 300 микробов на квадратный сантиметр — это даже приблизительно не та величина, от которой микробиологи приходят в ужас.