— Мы будем выглядеть нелепо.
— Может быть. Но я уверен, что сразу после того, как люди перестанут думать о том, как глупо мы выглядим, они, вероятно, начнут завидовать, что они тоже этого не делают.
Я покрутил пальцем в воздухе, затем оттолкнулся. Трава позволяла скользить относительно без трения, и я быстро набрал скорость. Холм был достаточно длинным и крутым, чтобы я успел ощутить приятный порыв ветра в лицо, прежде чем он выровнялся и заставил меня затормозить. Я оглянулся, ожидая, что Рей все еще находится на вершине холма, но она летела вниз ко мне с широко раскрытыми глазами и открытым ртом.
Я рассмеялся, ныряя в сторону, чтобы избежать столкновения с ней, когда она проскользила мимо.
— Видишь? Без снега это даже быстрее, — сказал я.
— Могу я предположить, что ты научился этому в детстве, и ты не приходишь сюда взрослым мужчиной и не катаешься с холма на коробках из-под пиццы в свободное время?
— Ты можешь предполагать все, что делает тебя счастливой, — сказал я, хватая ее коробку и начиная подниматься обратно на холм.
Мы сделали еще пару кругов, прежде чем решили сделать перерыв и посидеть на вершине холма, чтобы перевести дух. Это был крутой холм, и карабкаться вверх было утомительно.
— Ты же сказала, что хочешь чего-нибудь простого, — пожал плечами я.
Мы с Рей сидели коленями вверх, а руки за спиной, в траве. Мы все еще сидели на наших самодельных санках, но было не так уж трудно удержаться от сползания вниз, пока наши руки и ноги были в траве. Это был прекрасный вид, большая часть Центрального парка была скрыта от глаз деревьями, но мы могли видеть небольшие фрагменты окружающих нас небоскребов сквозь просветы в ветвях.
— Большинство парней, вероятно, придумали бы ужин и поход в кино.
— Да, но это было бы свидание. Кроме того, я не такой, как большинство парней.
— Не такой, — сказала она, как будто была удивлена, осознав, что поверила в это.
Я качнулся в сторону, врезавшись в нее плечом, а затем улыбнулся.
— Расскажи мне еще что-нибудь о себе. Мне все еще кажется, что я едва тебя знаю.
— Тогда ты, должно быть, действительно дерьмово относишься к этим свиданием-приквелам. Мы уже наполовину закончили номер два, а ты меня едва знаешь?
— Если бы ты была открытой книгой, я бы с удовольствием прочитал эти страницы. Все, что ты действительно позволила мне сделать, это посмотреть обложку и сделать свое лучшее предположение.
Рей сорвала немного травы, распустила ее и наблюдала, как легкий ветерок уносит ее прочь.
— А что случилось с твоим громким разговором о том, что ты не хочешь, чтобы я рассказывала о себе? Я думала, ты хочешь сам узнать ответы.
— Вот именно. Нам весело заниматься чем-то подобным, и я добываю себе немного информации. Вот как это работает.
Она перекинула волосы через плечо и слегка повернулась так, что оказалась почти лицом ко мне.
— Ладно. Отлично. Спроси меня о чем-нибудь.
— Любимый цвет?
Рей рассмеялась.
— Серьезно? Это не скажет тебе обо мне ничего существенного.
— Я не согласен. Скажи мне свой цвет, и я скажу, о чем он мне говорит.
— Отлично. Мне нравится желтый цвет.
— Ах! — Я понимающе кивнул. — Тебе нравится знать, что у тебя есть уникальные интересы. Не любитель сливаться с толпой. Настоящая личность. Кроме того, тебе нельзя позволять выбирать цвета при отделке дома, который мы собираемся построить вместе.
Ее глаза блеснули, затем она шлепнула меня по ноге.
— Неправильно.