Путь через завод занял не так много времени, Рина со своими бандитами поддерживали порядок, не давали плодиться мутантам и рейдерам. За десятки лет разрухи все оборудование пришло в негодность, но цеха стояли, олицетворяя собой память прошлого могущества человечества, которое строило, производило, изобретало, и наконец-то доизобреталось, создав худшее свое творение, поставившее точку в развитии цивилизации. Да, помню раньше фантасты думали, что будет глобальная ядерная война. Война, конечно, была, и внесла свою лепту в смерть цивилизации, но решающую роль сыграло вовсе не открытие ядерных реакций, нет. Биоинженерия, вот что кончило процветание человечества. По большому счету, это была все лишь одна из ошибок. Мы могли создать искусственный интеллект, который подчинил бы себе роботов, и уничтожил человечество, или спалить мир в атомном огне, или еще что-нибудь. Просто конец может быть только один, а вот какой он будет — предугадать сложно.
Пройдя промзону мы выбрались к широкому проспекту, за которым раскинулся когда-то зеленый сквер. Сейчас же там была яма нехилых размеров, из которой поднимался белый пар. Черная земля вокруг в трещинах, вывороченные с корнем деревья обуглены. Кварг встал как вкопанный, и идти через парк наотрез отказался. Да мне и самому не хотелось. При этом сталкер не хотел рассказывать, что же там такое ужасное живет, а на все мои вопросы мотал башкой, как сивый мерин. Обогнув парк по ооочень широкой дуге в сторону завода, мы выбрались на шоссе, по которому нам и предстояло протопать большую часть пути.
Асфальт шоссе сохранился плохо, некоторые ямы и колдобины выглядели относительно свежими, в других же проросла редкая жухлая трава. Машин на дороге почти не было, интересно, почему? Куда-то ведь наверняка люди ехали, когда случилась катастрофа? Где-то точно есть кладбище старых автомобилей, я в этом уверен. Или их растащили на хозяйство местные, что тоже вероятно. Посмотрев по сторонам, я увидел далеко справа от нас развалины торгового центра, и большой пустырь вокруг него, видимо это была парковка. Гипермаркеты ни с чем не спутать, даже не смотря на то, что от него мало что осталось. Каркас ближайшего к нам угла гипермаркета оказался разворочен и вывернут наружу, обшивка стен почти полностью отсутствовала, а та, что была — сильно обгорела. Сложилось впечатление, что внутри что-то взорвалось. Что-то сильно так взорвалось.
Дальше показались старые, еще советские, кирпичные пятиэтажки, облезлые, покрытые бурыми и черными пятнами, местами обвалившиеся, они создавали гнетущее впечатление, да и Кварг уж очень настороженно башней крутил, но молчал, как рыба, и не желал колоться, что же тут такое есть. Я шел вперед и крутил башкой по сторонам не меньше сталкера, внимательно осматриваясь. Пару раз видел движение в останках леса справа от нас, то ли люди, то ли мутанты, я не понял, но скорее второе, первые бы уже шмалять начали.
Вскоре парк справа закончился, и я увидел старинное четырехэтажное здание, стоящее на высоком фундаменте. Первый этаж был отдан под магазины, судя по большим окнам, второй этаж имел окна, округлые сверху, а третий этаж выглядел вполне обычно, а вот окна четвертого этажа были сделаны по два узких окошка рядом. Угол здания слегка выступал за габариты стен, получилось как будто крепостная башня, с тремя очень близко расположенными окнами на каждой стороне. По краю крыши башни торчали останки декоративной балюстрады. Выглядело здание очень интересно, несмотря на то, что пришло в полный упадок.
Мы шли и шли по широкому проспекту, не встречая никакого сопротивления на пути. Пейзаж вокруг изменился мало, разве что вдалеке справа от дороги показались две многоэтажки. Реально большие высотки, этажей в двадцать пять, при этом первый этаж их объединял, в нём находились офисы, или что-то типа того. Первые этажей двадцать были родом из Советского Союза, окна высокие, выглядели как-будто в полный рост, но нет, под окном была темная плита. А вот верхние этажи отдавали новоделом, построенным немногим позже двухтысячного года, были меньшего размера, и имели окна другой формы. Хотя, может быть так и было задумано изначально, и здание таким построили сразу.
Дальше высоток располагалось трёхэтажное здание очень государственного вида, но определить, что это было “до” — не выходило. По другую сторону от нас стояли обычные пятиэтажки, с магазинами на первых этажах, этакая довоенная классика. До последней войны. Контраст между левой и правой стороной дороги был разителен: как-будто разные эпохи. Мы дошли до перекрёстка около разрушенного торгового центра, и Кварг решительно свернул налево. Разрушенный ТЦ остался у нас за спиной, выглядел он так, как-будто там взорвалось что-то, и не раз. Интересно, это одни и теже подрывники, или кто-то изготавливает сильно взрывчатые устройства, и толкает аборигенам? Мы шли по узкой дороге, судя по всему она была односторонней, а через широкий газон справа была ещё одна, встречного направления. Пройдя немного вперед, я заметил на газоне окопы. Да, точно! Неровная линия обвалившейся траншеи, которая теперь была просто ямкой, но это точно окоп! А вон там был блиндаж, и укрытие для тяжелой техники… Что же здесь происходило? Это явно военные строили.
Слева и справа от нас стояли кирпичные пятиэтажки старой постройки, наверное пятидесятых годов. А вот на углу, где одностороннее движение заканчивалось, находился более старый дом, и даже время не смогло уничтожить его очарования. Слева от нас на некотором удалении я увидел корпус непонятного механизма. Я долго не мог понять, что же это было?.. Вытянутый, чуть приплюснутый, длинный болид лежал на земле, металл на корпусе был порван, и кое-где обшивка отсутствовала, сквозь дыры просматривался силовой каркас. На самолет это похоже было, но это точно не он.
От останков непонятной хреновины мы взяли левее, и оказались на узкой дороге, идущей через бывший парк. Земля маслянисто поблескивала, даже чахлой травы на ней не было, только изредка торчали трухлявые корявые пни, покрытые уродливыми черными вздутиями. Нижний был очень зеленым городом, до. До всего ужаса, произошедшего в двадцать первом веке. Сейчас он стал серым, и черным. Но что меня настораживало, так это отсутствие всякого сопротивления: ни бандитов, ни мутантов, а ведь до разговора с Риной идти было тяжело. Куда оно все делось? Неужели меня действительно ведут древние?.. Или скверна. От этой мысли по моей спине пробежал холодок, но в глубине сознания я понимал, что именно она и есть верная.
Пройдя по этой дорожке, мы оказались перед высохшей лужей, в середине которой находился остров, на котором виднелось сооружение из хлама приличных размеров. Присмотревшись, я понял, что это — стена, а за стеной и есть Базар, это точно. Нам туда. Кварг подвел нас к неплохо сохранившемуся бетонному мосту через лужу, время оказалось не властно над этой массивной конструкцией. Посмотрев вниз, я увидел топкий берег, и воду, в которой шевелилось что-то блестящее, длинной полтора-два метра, и диаметром сантиметров тридцать. К этому червяку подкрадывался хищник, помесь варана с крокодилом, покрытый темно-зеленой мелкой чешуей, с наростами скверны.
Город живет. Своей, ужасной жизнью, но — живет. Когда мы пересекли мост, я услышал всплеск позади, но так и не узнал, закончилась ли охота хорошо, или жертва ускользнула. С левой стороны к Базару примыкало трехэтажное здание, и сталкер повел нас именно туда. И вот что я заметил: вокруг не было мусора. Вообще не было! Кусочек металла? Из него можно сделать нож! Дерево? Ручка для ножа! Или в костер. И так со всем. Все имеет цену, потому что этого больше не делают. Как только производство остановилось, любая мелочь приобрела цену больше, чем чья-то жизнь. Природе не пришлось сотни и тысячи лет перерабатывать мусор, человек сделал это сам.
Стены Базара находились как-бы на валу, смысел такой конструкции был не ясен, возможно этот вал — основание трибун, а уж потом люди соорудили забор из кусков кирпича, бетона и металла по верху. Вход в здание и окна первого этажа были надежно забаррикадированы плотно сбитым мусором, с торчащими из него арматуринами, войти в здание можно было только через z-образную дорожку в баррикаде, примерно как на базе у Рины. Наша телега помещалась туда в притирку, и я подумал, что сконструирована она была максимально большой по габаритам прохода. Стоило нам сунуть нос в проход, как сверху баррикады высунулась голова стражника, а с другой стороны выглянул по пояс еще один, наставив на нас обрез двустволки.
— Вход рубль, с телеги еще рубль. — жуясь и растягивая слова проговорила лысая голова, покрытая красными пятнышками со всех сторон, затем сплюнула чем-то темно-зеленым перед нами.
Да этот хмырь торчит! Вот точно! Похоже, кто-то намешал насвай, который шоркает покрепче довоенного. Кварг остановился, выкопал из складок своей одежды три рубля, и положил их в привязанный к длинной палке ковшик, затем сталкер обернулся ко мне и посмотрел тяжелым взглядом. Понятно, мы — за свой счет. Вот охренеть и не встать! Но у меня денег нет! Поэтому я ответил Кваргу таким же тяжелым долгим взглядом. Пока мы с "несуном" играли в гляделки, Виль положил два рубля в ковшик, который проворно втянулся за баррикаду.
— Идите. Ваша жизнь — в ваших руках. — молвила голова, и пропала из виду.
Не понял. Грабь, убивай, еби гусей?.. Я посмотрел на "несуна", и тот ответил на мой вопрос.
— Тут каждый сам за себя. Если кого-то убьешь — тебе отомстят кореша мертвеца, а твои кореша могут отомстить корешам того, и так до тех пор, пока мстить станет некому.
Так это притон бандитов и анархистов! Все понятно. Я еще думал, что в других местах рубль за вход берут просто так. Нет, за этот рубль тебе дают гарантию, что твоего обидчика завалят. А здесь одиночкам ловить нечего, ограбят, выебут, сожрут. Еще и рубль заплатить за это надо. Ничего личного, просто так практичнее. Мда. Зато отпал вопрос, почему Рина заказала мне Верта на Базаре. Только, она шибко поверила в мою суперменистость, а я не такой! Я один банду не вырежу! Даже с Вилем! Вот черти! Ладно, надо разведать, и подумать. Тут за убийство не посадят, даже если все тебя видели. Просто шлепнут в ответ, и все. Поэтому надо либо валить всех, либо действовать тихо.
Выйдя за КПП, я осмотрелся. Базар поражал размером, пожалуй, это самый крупный город из тех, что я видел. Да, город в городе. До войны Базар был стадионом, он действительно был окружен трибунами, на которых ютились небольшие домики, собранные из строительного мусора, сам город рассмотреть не удавалось, мы находились внизу. Перед нами была дорожка, ведущая к центру, а слева и справа раскинулись трущебы. Тут и там сидели и лежали люди, ходили компании по три-четыре человека, эти явно по делам явились, но в целом толкотни и суматохи не было, только нам на встречу катил примерно такую же телегу кое-как переставляющий ноги худой “несун”, одетый в рванину, перед ним и позади него шло по два вооруженных охранника, которые просто расталкивали попадающихся на пути людей. Шла эта процессия ровно посередине прохода, где могли разминуться две телеги, но эти двигаться явно не собирались.
— Пшли нахер! — рявкнул нам приближающийся охранник.
Кварг с телегой прижался к стенке, но идущих на встречу это не устраивало, подошедший к нам вплотную бугай с дробовиком пнул нашу телегу так, что несчастный транспорт аж подпрыгнул. В глубине моего сознания шевельнулась чернота, картинка в глазах стала контрастной, контуры предметов окрасились черным. Я перестреляю этих уродов раньше, чем они скажут "мяу", но сейчас мне этого не надо… Хоть и хочется.
Обойдя телегу, я встал около бандита, картинно не трогая оружие, которое было под рукой, и посмотрел ублюдку в глаза. От моего взгляда не скрылось то, что противник потерял уверенность, но старательно пытался это скрыть.
— Давай, ты прижмешь свою телегу к той стене, — я ткнул пальцем в противоположную от нашей телеги сторону, — и мы спокойно разойдемся.
Братюни моего оппонента вскинули оружие, а мой собеседник стал бледнее и сделал шаг назад. Развернувшись, он махнул рукой в указанном мной направлении.
— Давай туда! — крикнул он своему "несуну", и тот подчинился, а мой оппонент обошел нашу телегу и устремился дальше, не глядя на меня.
Я посторонился, и пропустил процессию, повернувшись к бандитам спиной. Это было опасно, но что-то мне подсказало сделать так. Один из идущих сзади охранников ткнул стволом того, с которым я разговаривал.
— Сдурел?! — рявкнул он, — Ты чо тваришь?!
— Это урод… — промямлил мой собеседник.
Борзый охранник посмотрел на меня, мы встретились взглядами, и я ему мило улыбнулся. Моя улыбка имела эффект, рожу бандита перекосило, он отвернулся и быстрым шагом потрусил за своей телегой. Я посмотрел на Виля, и заметил что он улыбается, а Кварг и Мисса размазались по стене, и были напуганы до усрачки. Я моргнул, сильно зажмурив глаза, и зрение вернулось в норму.
— Что? — спросил я Виля, — Что случилось.