— Вода есть? — спросил я кашевара, — Мне с собой.
— Рубль. — ответил мужик совершенно безэмоционально.
Я достал из кармана последние деньги: три рубля, и положил их на стойку.
— Воды на рубль, и еще две миски варева.
Бармен наполнил мою тарелку едой, следом еще одну, такую же грязную, и достал из-под прилавка всю измятую пластиковую литровую бутылку с водой. Виль посмотрел на меня, вопросительно подняв бровь.
— Надо Кварга и Миссу покормить. — пояснил я.
Сунув воду за пазуху, я взял тарелки и только хотел отправиться к лагерю, как кашевар окрикнул меня:
— Куда?! — рявкнул он так сильно, что я аж вздрогнул.
Повернувшись, я посмотрел в мертвые глаза повара, и ответил:
— Мне надо покормить друзей.
— Пусть сюда идут, и тут жрут. — отрезал он.
Волна тьмы колыхнулась в моем сознании.
— Я верну.
Сказав это, я сам не узнал свой голос.
"Продвинутое обаяние помогло убедить собеседника, получено 1 очко опыта" — оповестила меня система.
Кашевар постоял пару секунд, кивнул, и отвернулся. Я выдохнул, и отправился кормить своих спутников. Виль остался около столовки, и негромко переговаривался с кашеваром. Побродив по стойбищу, я далеко не сразу обнаружил нашу телегу, потому что совершенно не запомнил, где мы остановились, и очень зря. Надо включать голову, и обращать внимание на окружающее, это очень поможет выжить в этом долбанном мире.
Идя назад, я задумался о том, что давно не видел откровенных ублюдков, таких как рейдеры Каспера, все-таки мне попадались относительно доброжелательные и адекватные люди. Не все, но многие. Неужели меня правда ведут по сюжету, и он подстраивается под мое мышление?.. Не знаю. Не знаю, и знать не хочу. Со слепой что-то не то, и не получается вытащить из нее ни грамма информации. Нужно в Москву, мне нужны ответы. Но сначала — "крестоносцы".
Погрузившись в свои мысли я вышел прямо к нашей стоянке, и внимательно осмотрелся, запомнив ориентиры, чтобы больше не теряться. Кварг и Мисса так и спали двумя калачиками, а вот за телегой, со стороны стены я заметил движение. Аккуратно поставив тарелки на землю, взялся за пернач. Стрелять тут противопоказано, а угрожать оружием — бессмысленно, напугать не получится, а любой выстрел — провокация, и сначала наловлю пуль от охраны, а потом только будут разбираться, что произошло. Если будут вообще.
Я подкрался к вору, который шурудил под тентом телеги, пацан лет тринадцати успел заметить меня, и хотел отпрыгнуть, но я не дал ему этого сделать, ударив перначем по левому плечу, отчего он споткнулся и упал. Схватив шкета за шиворот утлой рубахи, стукнул его рукоять пернача по затылку, отчего неудачливый вор обмяк, но вроде не наглухо.
Поднятый шум разбудил сталкера и его отмычку, Кварг выхватил из своего одеяния зазубренный нож, и хотел кинуться к лежащему пацану, но я остановил его, покрепче взял пришибленного за ворот и потащил на середину прохода, надо вызвать стражу. Мисса обнаружилась сидящей около мисок с едой, и гипнотизирующей хрючево долгим взглядом.
— Это тебе и Кваргу, — сказал я, — ешьте.
Девушка посмотрела на меня совершенно непонимающим взглядом, она и представить не могла, что миску вкусной еды могут просто дать. Кварг выглядел злым, расстроенным и обескураженным одновременно. Он прохлопал вора, а это очень плохо, можно попасть на наказание, а ему еще и еды принесли. Позорище. Он отодвинул миску под телегу, хотя в брюхе у него заурчало. Железный мужик, что сказать.
— Кварг, найди стражу. — попросил я, но сталкер воспринял это как приказ.
Вокруг начал собираться любопытный народ. Стража появилась через минуту, двое здоровенных мужиков в металлической броне, один с обрезом помпухи, второй с пистолетом-пулеметом, следом за стражниками шла высокая плечистая девушка, одетая в затертую кожаную одежду, с ежиком коротких темных волос на голове, и узким лицом с карими глазами.
— Что здесь произошло? — спросила она.
Голос твердый, было заметно, что она привыкла отдавать приказы.
— Вот он, этот вор! — ткнул пальцем в пришибленного мною пацана Кварг, вынырнувший из-за спин охраны.
Женщина перевела взгляд с меня на мою добычу, и глубоко вздохнула. Пацан в это время застонал и пошевелился. Поднял правую руку и провел ею по лицу, потер затылок и застонал, осмотрев измазанную кровью ладонь. Затем поднял взгляд на женщину перед собой, и застонал снова, дернулся в моей руке, понял, что я его держу крепко, и начал вяло вырываться.
— Ирол! Ты опять попался на воровстве! — жестко сказала она.
— Не крал я ничего!.. — попытался отбрехаться пацан.