Не в силах больше терпеть этот бред, я повернулся и посмотрел на своих друзей: они выглядели удивленными не меньше, чем я.
– Никогда больше не напоминай об этих извинениях, – пригрозил я Бахар, и она только кивнула. В этот момент я понял, что мы здесь не одни: Огуз и Кан вышли следом за нами и наблюдали за сценой у ворот.
– Понятно, почему Ниса дала тебе пощечину. Гюрсой, ты пытался привлечь внимание девушки, у которой есть парень? Жаль. – Огуз с наслаждением дразнил меня, и мне захотелось разбить ему лицо.
– Отвали, Огуз.
Я не хотел провоцировать его, но сейчас я был слишком растерян, чтобы контролировать свой гнев.
– Не стоит мне грубить.
Кан ухмылялся вместе с Огузом, пока тот продолжал смеяться надо мной.
– Уходи, Огуз.
– Кажется, я чувствую ревность. А ты, Кан?
Мне нравился Кан, но каждый раз, когда он оказывался рядом с Огузом, моя симпатия испарялась. Я хотел пройти мимо, но обернулся, слова о ревности задели меня. Невольно снова посмотрел в сторону ворот. О чем она все еще говорит с этим парнем? Кто это вообще?
– В чем проблема? – Я подошел к Огузу, и Бахар схватила меня за руку и попыталась оттащить назад, но я высвободился и продолжил наступление.
– Притормози, Гюрсой. Мы в школе, брат. – Он хотел положить руку мне на плечо, но я перехватил ее, и ухмылка Огуза стала еще шире. – Мы можем решить наш вопрос вне школы.
Черт, да что он задумал вообще?
– Нам с тобой нечего решать.
Я вспомнил, каким стало его лицо в тот момент, когда сказал ему, что сплю с Айбюке. Огуз был безответно влюблен в эту девушку, и, хотя он не хотел этого показывать, я действительно причинил ему боль. Когда я двинулся ко входу в школу, думая, что Огуз не ответит, он нашел способ остановить меня.
– В воскресенье вечером на автодроме состоится гонка. – Огуз и его бесконечное увлечение скоростью… Это совсем не входило в сферу моих интересов.
– И что мне там делать?
– Почему бы тебе не присоединиться, Гюрсой?
Этот разговор шел совсем не так, как я задумывал. Он что, смеется надо мной? Нет, судя по его тону, он очень серьезен.
– Я не имею ничего общего с этими нелепыми играми.
Я знал об этих гонках благодаря Бахар, потому что когда-то она умирала от желания пойти на них с идиотом Огузом. Там заключались крупные пари. Огуз был на год старше нас и участвовал в гонках уже пару лет, но я держался от этого подальше. Это казалось мне пустой тратой времени.
– Что это? Ты боишься?
– Чего?
– Меня.
Он всегда говорил так уверенно, будто считал себя непобедимым. Но я считал, что он ведет себя по-детски.
– Если хочешь, чтобы я был откровенен, Огуз, я буду. Ты занимаешься этой ерундой уже два года, и я думаю, ты действительно хорош в этом. Не думай, что я не знаю. Если ты называешь это страхом, пусть так, я испугался.
– Ты не узнаешь, пока не попробуешь.
Я не понимал, почему он так настаивает, но мне и не хотелось понимать.
– Приходи! – сказал он, резко встав передо мной, когда я уже собрался войти в школу. – Если ты хотя бы поучаствуешь, я стану держаться подальше от Нисы.
Внезапная связь с Нисой сбила меня с толку.
Конец ознакомительного фрагмента.