— Ладно, долой шутки, — ответил повелитель серьёзным тоном. — Гарем я собирать не буду, нет у меня времени на развлечения. Ну, соберётся вокруг меня толпа женщин, а дальше что? Кто ими займётся? У меня дел невпроворот: нужно разобраться с мятежниками, близится война с человечеством, проблема продовольствия решена лишь временно, главы кланов готовы вцепиться друг другу в глотки и не делают этого только потому, что меня боятся. Хватит пытаться потратить моё время на ерунду.
— Как прикажет Владыка, — Прохор показал вежливую улыбку. — Позвольте поднять эту тему несколько позднее.
— Ох и достал же ты меня, старик, — сокрушался гитцерай. — Всё, хватит об этом. Лучше скажи, как думаешь, Гундольт сможет привести свои войска раньше, чем через две недели?
— Нет, Ваше Могущество. Минотавры и кентавры* быстры и выносливы, да и гитцераи легко справятся с тяжёлым путешествием. Но инкубы, наяды и ламии быстрого темпа не выдержат, а энты медлительны по своей природе. Я не удивлюсь, если их войско приблизится не через две, а через три недели.
— Владыка, — внезапно вклинилась в беседу Камелия, — армия Гундольта измотана, у них дефицит провизии, так что воины Восточного предела, скорее всего, уже давно голодают. Атака на человеческий континент принесла обильные плоды. Теперь твои войска не мёрзнут, отлично вооружены и защищены, а главное, сыты. Продовольствия столько, что мы ещё одну армию можем содержать. Так зачем ты хочешь этой битвы? Не лучше ли оттянуть противостояние до тех пор, пока у врага совершенно не кончатся силы, или они не начнут биться между собой за остатки пропитания?
— Это очень плохо, Камелия, — возразил гитцерай. — Если мы так поступим, то погибнут слишком многие. В текущих обстоятельствах война — это милосердие. Мы нападём, сразим часть войск, покажем разницу в силах и подавим желание сопротивляться. Я убью Гундольта и остановлю битву. Да, в этом случае пострадают наши солдаты, но, если смотреть на картину в целом, выживших будет больше. Мы уже давно могли разобраться с силами повстанцев, но я действую, чтобы сохранить как можно больше жителей нашего континента.
— Как скажешь, милый. — Камелия состроила ему глазки.
— Но если войско Гундольта будет ползти слишком долго, то ловушка потеряет свой смысл. Это тоже нехорошо. — Гитцерай вздохнул и отодвинул от себя кальян.
— Владыка, — обратился к правителю Прохор. — Если позволите, я считаю, что выбранный вами метод слишком бесчестен. Как бы командиры ни начали роптать о трусливости с вашей стороны.
— Пусть чешут языками сколько влезет, мне безразлично. — Отмахнулся Владыка. — Я пытаюсь сохранить жизни моих солдат, поэтому сначала натравлю на Гундольта монстров, выманенных с округи. А когда они расправятся с монстрами, тогда мы и нападё… — Он подскочил на полуслове, мечась растерянным взглядом по шатру. Через несколько мгновений Владыка уставился на одну из стен и замер.
— Владыка⁈ — Прохор и Камелия испугались.
Прислушиваясь к своим ощущениям, гитцерай повернулся к ничего не понимающему сатиру.
— Прохор, только что провели ритуал призыва.
— Что сделали? — Сатир захлопал глазами.
— Судя по направлению и удалённости, ритуал провели на континенте людей.
— Я не понимаю, Владыка. Что люди сделали?
— Они призвали кого-то из другого мира, Прохор. Видимо, в Станвальде осознали, что, когда этот артефактный барьер спадёт, наши войска разберутся с ними. Люди решили притащить в наш мир кого-то, кто им поможет.
— Кого-то? — Прохор задумчиво почесал за ухом. — То есть, только одного человека? Разве это имеет какое-то значение?
— Имеет, Прохор. Ещё как имеет, ведь кого попало не призывают, — мрачно ответил гитцерай. — Посмотри на меня: я тоже был один. Извини, конечно, но ты и вся твоя семья плохие бойцы. Тем не менее теперь я правлю всем континентом, кроме Восточного предела. А уже через две недели буду править вообще всем континентом.
— Но, Ваше Могущество, мы не можем проникнуть за барьер, значит, и сделать ничего не можем, так? Стоит ли об этом беспокоиться сейчас?
— Стоит. Если это всего лишь воин — плевать. Но если люди призвали опытного колдуна, это может создать множество проблем в будущем противостоянии. — Повелитель на некоторое время задумался, а потом обратился к сатиру: — Передай мой приказ: пусть девять сильнейших шаманов покинут лагерь и отправятся на заставу в Бурых горах, в финальной битве они участвовать не будут. Мне нужно, чтобы шаманы отправили духов в Станвальд. Духи должны найти человека с самой сильной колдовской аурой и проследить за ним. Я хочу знать всё: кто это, чем занимается, с кем общается. Абсолютно всё! Кроме того, пусть шаманы передадут через духов тот же приказ нашим шпионам в человеческих странах. Пусть выяснят, кого призвали люди и что он из себя представляет.
— Владыка, — сатир замялся. — Мне кажется, вы излишне беспокоитесь.
— Я пятьдесят пять лет потратил на то, чтобы объединить континент и в будущем занять территорию Станвальда. Мы не имеем права на ошибку! — повысил тон гитцерай. — Если мы потерпим поражение, наш народ умрёт от голода или перебьёт друг друга за остатки территорий. А если потеряем слишком многих, то это будет пиррова победа. Кроме того, моя интуиция бьёт тревогу. — Владыка прижал руку к сердцу. — Иди передай мои приказы, и пусть только попробуют возразить.
Авангард Владыки демонов стоял и смотрел, как армия мятежников разбирается с остатками огров.
Гитцерай в этот раз поступил странно: перед битвой правитель отправил в леса сатиров, чтобы те нашли местных монстров и загнали их в низину, где расположилось войско противника. Тем же занимались шаманы наяд: с помощью духов выманивали к низине обитающих у гор и рек чудовищ. Гоблины, огры, анхеги*. Даже выудили из какой-то дыры огромного ремораза*. Страшные твари стянулись к равнине в тот момент, когда войска Гундольта отдыхали после тяжёлого похода. Сейчас чудовищ почти уничтожили, но повстанцы потратили много сил и понесли потери.
— Пфф, — недовольно фыркнул Дайрик, бывший командир авангарда. — Такая трусливая тактика позорит не только Владыку, но и нас!
Гордый кентавр гневался из-за понижения в должности, поэтому не удержал язык за зубами. Однако, несколько минотавров согласно кивнули.
— Что ты сейчас сказал? — Сейла подползла к своему нежеланному заместителю. — Ты назвал действия Его Могущества позорными, будущий рядовой?
Провокация от ненавистного командира ещё сильнее разожгла злость в Дайрике.
— А что это, если не позор⁈ Использовать такие трусливые методы…