Тень в зеркале: читать начало книги онлайн

Из дверей тут же появилась немолодая женщина с аккуратно убранными волосами. Хотя на ней не было белого передничка, ее положение в этом доме считывалось весьма однозначно.

Я посмотрела на маму. Она не удостоила меня взглядом.

С ума сойти! Я даже не знаю, как ее зовут. Как бы выяснить, что произошло между ними?

Лена – что-то вроде горничной, или как там их сейчас называют, – проводила меня в комнату на третьем этаже. Очень красивую, надо признаться, комнату. Первым делом взгляд падал на панорамное окно, занимающее все пространство от потолка до пола. В комнате имелись зона гостиной с низким диваном и огромным экраном телевизора, спальня, расположенная в нише, а также ванна с туалетом и гардеробная.

В комнате царил идеальный порядок и… не видно было ничего, что могло бы рассказать обо мне – ни брошенной книги, ни царапины на окрашенной в светло-бежевые тона стене. Пустота и холод.

– Я здесь жила? – решилась я на вопрос.

– Когда-то давно, – ответила горничная.

– Давно? – я нахмурилась.

Что, если я сбежала из дома и не виделась с родителями все это время? И они нашли меня вот сейчас, после аварии. Это, кстати, и объясняет интерес журналистов.

– Вы с одиннадцати лет учились в Англии, – ответила Лена, мраморным изваянием застывшая на пороге моей нежилой комнаты.

Я разговариваю по-английски? – удивилась я. И тут же поняла, что разговариваю. Стоило возникнуть потребности, как в голове, словно по щелчку, выстроились четкие цепочки слов.

– Я знаю, что вы потеряли память. Очень сочувствую. Надеюсь, что вскоре все образуется, – продолжала между тем Лена.

Конечно, и она не испытывала ко мне теплых чувств. Выходит, для всех в этом доме, кроме отца, я была фактически чужим человеком. А, кстати, может, моя мать мне вовсе и не мать, а мачеха. Тоже вполне вероятно. Правда, она не так молода. Обычно богатые мужчины меняют старых жен на молоденьких, как и машины, побывавшие в употреблении некоторое время.

Подумав об этом, я усмехнулась: сама ничего о себе не помню, а туда же – берусь рассуждать.

– Вам нужно что-нибудь? – напомнила о себе горничная.

А я уже успела о ней забыть…

В комнате пахло ванилью. В ванной на полочке тоже стояли пузырьки с ванильным ароматом. Может, я и любила когда-то этот запах, но сейчас он вызвал во мне внезапное раздражение, своей мягкой удушливостью напоминая тихого убийцу.

– Почему здесь ваниль? – я обернулась к горничной.

Та явно растерялась от этого вопроса.

– У вас нет ничего другого? – я уже едва сдерживалась. Чужое лицо в зеркале, чужое имя, чужой дом и еще этот невозможный чужой запах выводили меня из равновесия, а напряжение, в котором я пребывала, требовало хоть какого-то выплеска. – Вы можете унести это?

Горничная отступила.

– Сейчас, – она быстро, оглядываясь на меня, собрала флакончики и приоткрыла окно, впуская в комнату свежий воздух.

Оставшись одна, я тяжело опустилась на кровать и до боли сжала руками виски. Что со мной происходит? Да есть ли эта «я»? Сама себе я напоминала пустую пластмассовую куклу.

Нет, пора успокоить нервы, пока меня не отправили в психушку. Все хорошо. Это мой дом, пусть я и покинула его давно. У меня здесь нет врагов. А память, как и обещал доктор, вернется. Нужно просто подождать, проявить терпение и не срываться по пустякам. Я медленно втянула носом воздух и выпустила его через рот.

Итак, прежде всего надо извиниться перед Леной и попытаться наладить с ней хорошие отношения. Мне очень даже не помешает поддержка.

Я приоткрыла дверь, собираясь выйти из комнаты, когда услышала разговор.

– Так она и сказала? – переспрашивал незнакомый мне женский голос.

– Да, – подтвердила Лена. – И не представляешь, с какими барскими интонациями. Мол, поторопись, плебейка.

– Ну, знаешь, ничего неожиданного, – ответила собеседница. – Тамара рассказывала, что в детстве она бросала котят в бассейн, чтобы посмотреть, выживут ли они. Так что неудивительно, что из нее выросло то, что выросло.

Я тихо закрыла дверь.