— Значит, ты отправилась спасать этих волков в одиночку?
Эмбер поднимает подбородок, как в ту ночь, когда я встретил ее в лифте, отказываясь показать, что она запугана. — Я не могла поступить иначе, сэр. Мне было показано это в видении.
— Ты не говорила мне об этом. — Это снимает с меня часть чувства вины и раздражения по поводу того, что она подвергается риску.
— Ты был не в настроении для разговоров. — Она смотрит на меня из-под ресниц, заставляя мое сердце подпрыгнуть. Такая мелочь, а она так крепко обвела меня вокруг пальца.
— Значит, у тебя видения? — спрашивает мой отец. Скептицизм читается на его лице.
Эмбер кивает. — Иногда, сэр. Я не всегда могу это контролировать. — Ее лицо искажается в гримасе боли.
Похоже, это от укуса. Я притягиваю ее ближе к себе, готовый в любой момент помчаться в больницу.
— Седона спарилась, — задыхается Эмбер.
Она вздрогнула — это было видение, а не метка.
— Но не ее пара ответственен за похищение. Он работает над тем, чтобы ее освободить.
— Ее пара? — огрызается отец.
Глаза Эмбер широко раскрываются, как будто ее откровение удивило даже ее саму. Она смотрит мимо моего отца, ее взгляд становится мягким. — Да… они были заперты вместе в полнолуние. Он ее пометил.
— Ты знаешь, где она? — рявкает отец, глядя на меня.
Я киваю.
— Тогда поехали. На улице нас ждут три фургона с волками. Без человека.
Несмотря на то, что я согласен, мне не нравится, как он отдает приказ, даже не взглянув на Эмбер.
Я поворачиваюсь к ней и прижимаюсь к ее щеке. — Детка, останься здесь и дождись меня. Но на этот раз даже не думай меня спасать. Неважно, что покажут тебе твои видения. Поняла?
Она кивает. Я вижу в ее глазах грусть, но отец уже выпроваживает всех за дверь.
— Трей, ты останешься с Эмбер. На случай, если ее рана окажется серьезной, — приказываю я.
— Нет, я в порядке, — вмешивается она. — В полном порядке. Вы, ребята, идите.
Я колеблюсь, разрываясь между желанием наконец вернуть Седону и беспокойством за Эмбер.
Она выталкивает нас за дверь. — Я в порядке. Я закрою дверь, закажу еду в номер и буду ждать твоего возвращения.
— Хорошо, — соглашаюсь я и наклоняюсь, чтобы ее поцеловать. — Отдохни немного, детка. Поспи. Я позвоню тебе завтра из отеля и сообщу последние новости.
Она приподнимает губы и целует меня в ответ, и я неохотно от нее отхожу. На ее лицо легла печаль, и единственный способ убедить моего волка оставить ее — это молча поклясться вернуться.
~.~
Эмбер
Сразу после их ухода меня тошнит. Между наркотическим опьянением от того, что меня пометили, болью и общим истощением, мое тело восстает против того, что должна сделать…
Уйти.
Если бы знала, что Гаррет может потерять свое положение альфы, пометив меня, я бы никогда не позволила ему сделать это. Его стая — все для него. Я видела, как тесно они связаны — ближе, чем семья. Они заботятся друг о друге, прикрывают друг друга. Его парни ради него готовы на все. У него на руке татуировка в виде стаи, ради всего святого.
Меня пронзает одиночество при одной мысли о том, чтобы уйти от него. До встречи с Гарретом я справлялась со своим одиночеством. Использовала приемы упорядочивания, контроля и участия в общественной жизни, чтобы поддерживать свою жизнь на должном уровне.