Вот и сейчас. На мой мысленный посыл растения ответили вспышкой зелёных искр и задорно зашелестели листьями.
Тем временем, хорошо отдохнувший Дружок уже готов был двинуться в путь и в нетерпении махал хвостом. Он, в отличие от меня, культивировал только первую половину нашей стоянки, а потом бессовестно дрых.
Потрепав пушистого приятеля по холке, я двинулся по тропинке, которую высмотрел ещё сидя на дереве. Ясно было, что отсюда надо убраться подальше. Желательно — оставив за собой какую-нибудь серьёзную преграду. Ущелье какое-нибудь или водопад. Чтобы вся, скачущая в этой части гор шушера, до сих пор обнюхивающая каждый камень, не бросилась бы тотчас по моему ментально-энергетическому следу.
Травка вскоре закончилась, и под ногами снова зашуршали камешки. Тропинка спускалась ниже и исчезала в густом тумане.
— Тут недалеко, если я не ошибаюсь, протекает горная река, — прокомментировал моё наблюдение Алукард. — И течёт она, надо сказать, по дну крайне опасного и широкого ущелья. Через него не всякий крупный терос перескочит. А мелочь — вообще только в обход. Если, конечно, не брать в расчёт летающих.
— Угу, мы, вроде, тоже пока не летающие, — задумчиво пробормотал я и продолжил путь, прислушиваясь. Вскоре услышал шум гулко бьющихся волн. Ни реки, ни ущелья, правда, пока видно не было, впереди стелился туман. Или дым. Я замедлился и присмотрелся. Струился туман из какой-то расщелины, правее пути нашего следования, и клубящимися грязно-желтыми потоками стекал вниз.
— Это что такое? — с недоверием покосился я на подозрительную субстанцию.
— Секундочку, — Алукард вытянул из моего тела тоненький щуп и опустил его в туман. — Ничего серьёзного. Какая-то слабая усыпляющая смесь. Нам не опасно. Попробуй смахнуть, там, на земле, что-то шебаршится.
Преобразовав одну из рук в «опахало», я быстро освободил от тумана около метра земли. Ага, несколько обглоданных скелетиков и дюжина слизней, сантиметров по двадцать каждый.
— Второй уровень, — оценил фамильяр. — Видимо, кто-то из старших особей вырабатывает эту сонную смесь. А мелочь потом собирает урожай.
— Или они живут с кем-то в симбиозе, — предположил я, накалывая одно существо на хвост и поднося к лицу.
— Или так, — согласился Алукард. — Главное, что угрозы они нам не несут. Состав любопытный, но нам некогда, двинули вперед. Наличие подобной преграды нам даже на руку. Пошли, пошли!
Немного помедлив, я переделал вторую руку, и замахал обеими в режиме ветряной мельницы.
— Вдруг там не только слизни ползают, осторожность — наше всё!
— Резонно.
Тропинка закончилась небольшой площадкой, нависающей над ущельем. Неожиданно, кстати, закончилась. Если бы я по ней бежал, да ещё ночью, имел все шансы навернуться вниз. К тому же «рукотворный туман» плавно перетекал в природный, поднимающийся от реки.
Зато на слух определить реку проблемой не было. Внизу грохотало так, что говорить вслух было затруднительно.
На обрыве росли деревья. Раскидистые, не слишком высокие. От идеи использовать одно из них в качестве переправы отказался быстро — слишком короткое.
— Может, просто прыгнуть? Разгонимся, как следует, да сиганем. Если не долетим — ничего страшного, не погибнем, — предложил Алукард.
— Ага, и течение нас вмиг утащит к центру Лакуны. А сколько там теросов — мы сверху видели. А после экстремального заплыва мы будем не в самой лучшей боевой форме.
— Но переправляться как-то надо. Может, отрастить перепонки и спланировать?
— Нет. Из меня без тренировки скайдайвер тот ещё. — Перевел взгляд на другую сторону ущелья. Там, в тумане, угадывались кроны. Я посмотрел на дерево, что росло рядом. Обвито лианами, довольно толстыми. Подошел поближе, подергал одну, попробовал на разрыв. Хм… Прочная, надеюсь, выдержит не только меня, но и Дружка. Рискну изобразить Тарзана и заодно потренируюсь в работе с природной магией.
Общение с растениями суеты не терпит, пришлось повозиться. Сначала нужно было собрать нужное количество «растительных тросов», по поводу оптимальной длины устроили целый консилиум. Потом сплести-связать, «убедить» лиану.
Как следует замахнувшись, я перекинул наш импровизированный канат на тот берег, целясь в крону самого приметного дерева. Немного подождал и подергал. Если мои «договоренности» с местной флорой сработали, то моё лассо переплелось там с ветвями, образуя прочное крепление.
От «растительной дипломатии» меня отвлек Дружок. Вздыбив шерсть на загривке, он зарычал, повернувшись мордой к тропинке.
«Поздравляю, у нас скоро будут гости!» — сообщил Алукард. Да я и сам догадался, ускорив последние приготовления.
«Шустри быстрее, друид!» — нервно ёрзал Алукард, а мой волк, оскалившись, принялся рыть задними лапами каменистую почву.
Я намотал конец лианы на кулак и запястье и стал двигаться вдоль обрыва. Тросс натягивался всё сильней, уже пришлось изо всех сил вцепляться когтями в камень, чтоб меня не сдернуло. Похлопал по коленке и окликнул: «Дружок!». Волк оглянулся и, получив мысленную команду, вытаращил глазищи, но всё равно сиганул мне на руки. Обхватив его покрепче, я вздохнул и прыгнул.
— Эа-эа-эа-эа-эа!!! — не заорать это, пролетая над пропастью, на дне которой бушует река, было невозможно! Только я покинул площадку, на неё с тропинки вылетела группа разномастных теросов, и с разгону, завывая, ринулась в пучину. Часть участников погони не смогла вовремя остановиться. Те, что покрупнее, по инерции сталкивали вниз мелочь. Туман поглотил их, а потом приняли волны. Всплесков я уже не слышал, только разочарованный вой оставшихся на том берегу.
Приземлился я довольно удачно — к подножью древесного гиганта, за сучья которого я, как оказалось, и зацепился. Отпустил Дружка и осторожно потянул лиану. Растение удивительно легко соскользнуло с ветвей дерева. Полезная штука. Я погладил нашу спасительницу и направил в гибкий стебель струящийся зеленоватый поток энергии, после чего, свернув в аккуратное кольцо, закинул получившийся моток на плечо.