— Сейчас?
— А ты хочешь выгнать девушку, после всего, что между нами было? — наигранно возмутилась я.
— Нет уж, — протягивает он с наглой улыбкой. — Теперь ты от меня никуда не денешься.
Я понимаю, что он неправ и я могу «деться» куда угодно, но да. Я не хочу. Я не хочу никого, кроме него.
— Оденься, а то я тебя отсюда не выпущу, — произношу я тихо.
Он послушно одевается, и не подходит ко мне ближе, зная, что одно неосторожное движение и мы начнем наш безумный танец снова.
Не то что мы против, просто нужно найти местечко потеплее.
Он привел меня в свой дом впервые. Его квартира была на втором этаже. Соседка, как всегда, слушала главные ужасные новости Арканума.
Выглядела квартира светло, хотя и неаккуратно, видно, что женщина здесь бывает редко. Тогда я ходила по теперь уже давно знакомой кухне впервые, и помню, как пялилась на холодную пиццу на столе.
— Я не готовился к гостям, — говорил он в оправдание.
— Ты готовился к смерти, я помню. Картины.
— Да, — он открыл нижний ящик у кровати и вытащил стопку бумаг. — Вот.
Я бережно приняла её и стала разглядывать.
Да, там везде была я. Просто лицо, лицо сбоку, лицо рядом с отражением зеркала, как было в том туалете. И, конечно, образы в обнаженном виде.
Только я там была более эстетичной и сбоку, ведь он еще не знал, досконально мою фигуру.
— Теперь ты можешь рисовать подробнее, — говорила я ему, кокетливо приподняв глаза.
— Да, могу даже сейчас.
— Мне позировать?
— Я хочу попробовать рисовать на тебе, а потом рисовать тебя, — сказал он и я снова почувствовала эту наглость, эту его силу и мое желание подчиниться ему. В этом было какое-то извращенное удовольствие, но теперь я позволила ему вести игру по его правилам.
— Итак? — спросила я, лежа обнаженной на его постели.
Он приготовил краски и стоял рядом.
— Простынь не жалко? — уточнила я.
Покачал головой. — Это часть холста.
Я улыбнулась, закрыла глаза, отдавая ему власть над своим телом.
Дергалась от касаний влажной и холодной кисточки по горячему телу. Пыталась понять, что за неведомые формы он на мне рисует, но решила полностью отдаться его творчеству.
Не заметила, как легко провалилась в сон.
Обычно во сне я видела охоту, охотилась я или на меня. Мне снились наши новые правители: Арс с красивой улыбкой, Мария, слишком юная для роли королевы, сбежавшая служанка и ищущий её влюбленный безумец, монстр, который охотится за девушками и ищет только одну.
Но тогда сны были иными, нежными и спокойными. Мне даже снилось солнце, слепящее глаза и зеленый луг, на котором я лежала без одежды. Я чувствовала, как капли росы бежали по моему телу, создавая неведомые рисунки. Мне казалось, что таким образом мир целует меня.
Я дернулась от более интимного касания, будто бы лепесток розы упал между ног, выгнулась, предвкушая удовольствие и проснулась.
От того, как Эдгар касался меня чем-то невесомым. Кисточкой, поняла я, широкой сухой кисточкой.