Ржал он долго, искренне, заразительно, а Тапок все это время молча глядел на него, ожидая, пока тот успокоится.
— Закончил? — поинтересовался Тапок, когда Полоз немного успокоился.
— Почти, — ответил тот, давясь смешками.
— И что смешного я сказал?
— Ты, видимо, недавно на Пекло попал?
— Ты не ответил на мой вопрос.
— Так это связано напрямую.
— Ну, допустим, недавно.
— Тогда, парень, уясни — сбежать отсюда невозможно. Мы здесь навсегда.
Тапок лишь хмыкнул.
— Кораблей нет ни у кого, и быть не может! — поспешно добавил Полоз.
— Почему?
— Потому что железномордые уничтожают все, что поднимается выше пары сотен метров над поверхностью!
— Что еще за железномордые?
— О-о-о…ты точно недавно сюда попал!
Тапок поднялся и подошел к Полозу.
— Рассказывай.
— И что мне с этого? — усмехнулся тот.
— Меньше боли, — Тапок продемонстрировал покрасневшее лезвие ножа, на котором шипели нанизанные овощи.
Полоз сглотнул, глядя, словно кролик в пасть удаву, на нож.
— Ну, в общем, мы все сюда попали так же, как и ты. Ты ведь находился на какой-то планете, занимался своими делами… Да?
— Допустим.
— А затем полыхнуло зеленым, и ты оказался уже здесь?
— Хватит вопросов. Говори!
— Это все чужие. Или корпораты, не знаю. Какое-то новое оружие. Оно переносит людей и даже города сюда, на Пекло. Как именно — можешь даже не спрашивать — я без понятия, но мы все оказались здесь таким образом. Нет, есть, конечно, еще горстка местных. Они тут жили до того, как началось вторжение. Планета вроде называлась Акватония, была аграрным миром, а потом, когда началась атака на человеческие миры…
— Эта планета оказалась в оккупации, — закончил за него Тапок. — Ты мне врешь! Акватония — это океаническая планета, а тут одна сплошная пустыня.
— Все верно, верно, — затараторил Полоз. — Раньше, как местные говорят, тут действительно был океан. А теперь вот…
Он развел руками, как бы демонстрируя, во что превратили цветущую планету неизвестные силы.
— Чушь! — хмыкнул Тапок.
— Пусть так, но ведь ты попал в эпицентр Всполоха? Как был в городе, так там и остался. Только сам город, точнее небольшая его часть, вдруг оказалась среди пустыни.