Информация была лишь косвенной и изначально он не собирался её озвучивать. Они смогли узнать так много только потому, что шпионы находились в Парфо и следили за сыном графа, когда там появился конвой Балтес. Про золотой уровень они выяснили у солдат, которые не стесняясь обсуждали это.
Виктор никому не запрещал раскрывать эту информацию, потому что в мире, где сила решает всё, твой уровень мог избавить тебя от множества проблем. И он совершенно не верил, что его оставят в покое думая, что он слабак. Мир так не работает.
Если ты слаб, тебя лишь быстрее втопчут в грязь и заберут всё, что тебе дорого, в то же время если ты силён, то и союзников ты притянешь сильных. Так мыслил Виктор.
Сильвия и Клиосса одновременно встали с кресел и, посмотрев друг на друга, засмеялись, поняв, что отреагировали одинаково.
Может сам Виктор и считал, что его прогресс должен быть быстрее, но в двадцать лет стать золотым рыцарем, уже было за гранью добра и зла.
Его младший брат, которого считали гением, только-только перешёл на серебряный уровень, и это было поводом для праздника во всём графстве, а в его распоряжении находились все ресурсы графства, что давало огромное преимущество.
В свою очередь, получить золотой уровень до двадцати лет, удалось лишь графу Килисито.
— Как такое возможно? Ты уверен в этом? — спросила Сильвия.
— Госпожа, наши разведчики слышали это от солдат Балтес, и они не скрывали это ни от кого, а, учитывая, что его сопровождает хранитель, мы решили, что это как-то взаимосвязанно — ещё больше склонив голову, сообщил шпион.
Маленькие «шестерёнки» в голове Сильвии закрутились в сумасшедшем темпе. Теперь она замужем не за обычным рыцарем, а гением или крайне удачливым человеком, что в этом мире могли приравнять к навыку.
Она быстро пыталась оценить, хорошо это или плохо. С одной стороны, это означало, что её муж с большой долей вероятности станет земным рыцарем в будущем и обеспечит защиту герцогства. У них могут родиться дети с высокой магической совместимостью, а даже если не у них то, у Виктора с другими жёнами и ей будет достаточно усыновить ребёнка, чтобы посадить на трон герцогства.
В этом мире такое было вполне нормально. Свой ребёнок — это хорошо, но даже если ребёнок из одной семьи, это считалось передачей права по кровному родству.
Кровь в этом плане не имела никакого отношения к генетике, это было просто обозначение, что та или иная семья остаётся во главе. Главное, чтобы ребёнок не был совсем оторванным от фамилии, но в данном случае речь шла о ребёнке Виктора, так что тут не было противоречий.
Только вот от одной мысли, что ребёнок будет не её Сильвия сжала свои маленькие кулачки, что не осталось незамеченным присутствующим в комнате, хоть никто и не мог знать, о чём она думает.
Но тут также была и другая сторона. Если, Виктор станет земным рыцарем, ему никто не будет указом, и ей скорее всего придётся остаться Балтес, но что странно, прямо сейчас девушка не могла определиться: Хочет ли она вернуть фамилию Леомвиль или остаться Балтес.
От всех этих мыслей и переживаний у Сильвии закружилась голова и, падая, она увидела, как к ней подскочила Клиосса, словно плывя по воздуху, и нежно улыбнувшись подхватила её на руки как принцессу.
***
Виктор вместе с Линеей и Гектором находились в поистине гигантской палатке, три метра в высоту и площадь двести квадратных метров.
Вся она была сделана из чёрной ткани, с вышитыми на стенках золотыми рисунками, по всей видимости, являющимися магическими рунами поддержания температуры внутри. Даже при том, что вечером на улице было довольно прохладно, внутри поддерживалась очень комфортная температура.
Однако всё, о чём думал лорд, это цена такой роскоши и по его предположению, обошлась такая прелесть минимум в десять тысяч золотых, в то время как весь поход его солдат стоил всего около трёх тысяч золотых.
Для простого предмета роскоши, это просто астрономическая цифра и он скорее отрезал бы себе руку, чем потратил такие деньги на гигантскую палатку.
Внутри собралось, по крайней мере, пятьдесят человек, которые ели и пили, словно никогда не видели еды.
Однако больше всего внимания привлекал герцог и сидевший рядом с ним Галан. Эти двое сидели у стенки напротив входа, на идентичных креслах, словно они братья, как он понял из своей памяти, все хранители так приветствовались в других королевствах и занимали место рядом с королём, не говоря уже про герцога или дворянина статусом ниже.
Вскоре прозвучало несколько хлопков, и герцог призвал к тишине, после чего все дворяне стихли, а Лейтмор, словно кого-то искал в скопление людей, и у Виктора появилось плохое предчувствие.
— Виконт Балтес — оправдывая ощущения лорда, заговорил герцог и следом добавил — я много слышал о вас.
Виктор вышел вперёд и поклонившись ответил мужчине на троне.
— Ваша Светлость, для меня честь слышать такое из ваших уст — всё это конечно же было враньём, но таков был этикет.
— Как я понял, это вы частично виноваты в том, что наши войска застряли и не смогли продолжить этот поход — укоризненно сообщил герцог, давая понять всем окружающим, почему он так отнёсся к Виктору.
Теперь все поняли, кто перед ними и что это именно он перерезал поставки, а также пробрался к ним в тыл, так ещё и смог сбежать из Армандэля, нанеся такой позор всему королевству.
— Надеюсь Ваша Светлость не станет винить, такого молодого человека как я, за моё любопытство и желание повидать великое королевство Армандэль — в полушутливом тоне парировал Виктор.