Виктор сидел напротив своего отца в его палатке и ждал, когда граф соизволит заговорить, но с момента, как он пришёл сюда, прошло полчаса и до сих пор они сидели практически в абсолютной тишине, если не считать чиркающего пера по пергаменту и людей, которые время от времени разговаривая проходили снаружи.
— Так о чём хотел поговорить принц? — спросил граф, не отрываясь от письма.
— Хочет, чтобы я встал на его сторону и перетянул герцога и вас — честно ответил Виктор, понимая, что в таких вещах, ложь приведёт лишь к проблемам.
— И что ты решил? — наконец оторвав глаза от пергамента на столе и прекратив писать, спросил Александр.
— Пока ничего, он предложил мне подземелье, хоть я и не хочу влезать в это, однако я не могу допустить, чтобы оно попало в руки Манита — ответил лорд — к слову отец, почему он не обратился к герцогу и не предложил ему это подземелье? Ведь получение такого ресурса Манита, нанесёт ущерб в первую очередь герцогу Леомвилю.
Это была мысль, которая пришла ему в голову, когда принц покинул его и, казалось, очень странным, ведь таким образом, он мог напрямую получить герцога в свои сторонники.
— Как думаешь, почему принц отказался от Сильвии, хотя и любил её с детства? — спросил граф и, видя замешательство своего сына, ответил сам — потому что он слаб, труслив и амбициозен. И этим куда опаснее кронпринца.
Виктор задумался над словами и граф не мешал ему переварить эту информацию.
— Кто-то из дворян в его окружении был против этого брака? — наконец спросил лорд, видя только эту возможность.
— Всё верно, её слабость в магии была лишь предлогом для них, чтобы убрать из возможных жён принца, а также отодвинуть герцога — ответил граф.
С его слов, дворяне вокруг принца так же слабы, как и он, но хотят подняться выше благодаря тому, что уберут кронпринца из наследников. Для этого им нужна поддержка Леомвиля, но только, как одного из них, однако, если Сильвия выйдет замуж за Триама, они останутся в стороне, и герцог заберёт себе все лавры.
Дворяне не будут против, если принц найдёт способ переманить на свою сторону Леомвиля без брака, но если кто-то узнает про подземелье и про то, что он тайно ищет связи с герцогом, это может дойти до кронпринца и тогда от простых подозрений, дело дойдёт до обвинений. Поэтому он действует издалека.
— Но Сильвия не сможет в одиночку повлиять на своего отца и тебе придётся поддержать её перед отцом, если она согласится помочь Триаму, — выдал ещё одно сообщение граф.
И это было последнее, что хотел делать Виктор, помогая своей жене, поддерживать бывшего возлюбленного.
— Как мне поступить? — наконец спросил лорд, понимая, что совсем запутался в этих хитросплетениях дворян и их заговоров. Эта ситуация слишком опасна для него, а ему нужно время, чтобы нарастить мышцы и не бояться всех вокруг.
— Это тебе решать самому, ты должен научиться принимать правильные решения — ответил граф и пока Виктор сидел в задумчивости, добавил — но, что бы ни случилось, ты должен помнить, твои действия повлияют на всех вокруг тебя, включая меня, а я, как отец буду помогать тебе всегда.
У Виктора перехватило дыхание от таких слов, потому что он никак не мог ожидать того, что этот всегда отстранённый человек, будет таким преданным своему сыну.
В тишине прошло минут пять и решив разрядить обстановку, Виктор снова заговорил.
— Тогда, может отменишь штрафы, которые наложил на меня за этот поход? — хитро улыбаясь спросил лорд и в ту же секунду ему в голову прилетело тяжеленное пресс-папье из бронзы. Скорость была такой быстрой, что ему даже не удалось увернуться и удар пришёлся прямо между бровей.
— А ну, проваливай отсюда ублюдок! — кричал граф, пока Виктор, потирая лоб, пытался сбежать из палатки.
Оказавшись на улице, он столкнулся с Элианом, который шёл к графу.
— Тебя опять оштрафовали? — с усмешкой спросил полуэльф — если так продолжится, тебе придётся продать свои владения, чтобы рассчитаться со своим отцом.
— На этот раз обошлось, просто он скряга, который хочет заработать на несчастном сыне — жалобно произнёс Виктор, стараясь перетянуть капитана на свою сторону, чтобы тот помог ему избавиться от штрафов. А их накопилось почти девять тысяч за этот поход.
— Ну, останешься без надела, приходи ко мне, я тебя усыновлю — после этих слов Форест громко засмеялся и вошёл в палатку графа.
«Вам бы только шутить всем, а я что, печатаю эти деньги? Печатаю? Может открыть банк в этом мире? А как он работает? Если бы я знал, как работает банковская система, точно не нищенствовал в своём мире, очнись идиот, думай о нормальных вещах».
Думая о разных идеях, Виктор сам не заметил, как оказался в своём лагере и к нему прибежала Линея, которая схватила его за руку и потащила в палатку.
Он чуть ли не падал, пытаясь поспевать за девушкой и спотыкаясь, ввалился в свою палатку следом за ней. Девушка резко развернулась и, обхватив его за шею, впилась ему в губы своими нежными похожими на лепестки розы губами.
Со стороны это была очень романтичная картина, где двое красивых людей, стояли нежно целуясь. Девушка слегка отклонилась назад и немного наклонила голову в сторону, держась за широкоплечего брюнета, склонившегося над ней, который нежно целуя эту с виду хрупкую девушку, придерживал её левой рукой за талию, а правой бережно обхватил шею, словно поддерживал голову.
Но Виктор был в замешательстве и не совсем понимал, что происходит, однако поддался чувствам и продолжил поддерживать девушку, боясь повредить её, словно она не рыцарь, а хрустальная роза, что сломается под собственной тяжестью.
Наконец, через минуту таких ласк, девушка оторвалась от него, и с красным от волнения лицом отвернулась.