Я не могла ему ответить. Я задыхалась. Дышала со свистом. Отчаянно пыталась прокашляться.
Наконец, я откинулась назад — и кашлянула изо всех сил.
И выкашляла ком. Я почувствовала, как он заскользил вверх по глотке и оказался на языке.
Тяжело дыша, я запустила пальцы в рот и извлекла ком наружу.
— О-о-ох! — застонала я от отвращения.
Это оказался мокрый волосяной шар. Размером с мячик для пинг-понга.
Я держала в руке слипшийся ком серой шерсти и взирала на него в немом ужасе.
— Фу! Какая гадость! — закричал Таннер.
Я отвернулась от него. Я не хотела, чтобы он видел, как мне страшно.
«Что со мной происходит?» — недоумевала я.
Я знала, что это тоже проделки того кота. Рипа.
— Элисон, ты заболела? — спросил Таннер тоненьким голоском.
— Не… не знаю, — проговорила я.
И опять посмотрела на гнусный волосяной шар в руке.
Мне нужно вернуться в тот зловещий дом, решила я. Другого выхода нет. Надо поговорить с Кристал. Она должна сказать мне, что происходит.
«Я не могу откладывать до завтра, — подумала я. — Пойду сегодня же».
17
— Элисон не доложила арахисового масла в мой сэндвич! И тосты сожгла!
Таннер принялся жаловаться, как только мама с папой переступили порог.
— Уверен, она хотела как лучше, — сказал папа, улыбнувшись мне.
— Ее «как лучше» — отстой! — прорычал братишка.
Я показала ему язык.
— С тетей Эммой все хорошо? — спросила я.
Мама кивнула.
— Да. Все нормально.
— Я… мне нужно кое-куда сходить, — выпалила я.
Папа взглянул на свои наручные часы:
— Уже половина девятого.
— Я обещала Райану помочь ему с его репликами для спектакля…
Не люблю врать родителям. Но не могла же я честно сказать, что должна повидаться с одной странной девочкой и расспросить ее о коте, которого три раза убила.