Молчит и долго смотрит на меня, а потом неожиданно хватает за бёдра и, не обращая внимания на мой дикий визг, вжимает в свой напряжённый пах. Глазами своими впивается в меня, ненавидит, сжигает.
А потом грубо разворачивает, с треском рвёт на спине длинное платье и медленно проводит горячей ладонью по моим уродливым шрамам. Кожа начинает пылать там, где он прикасается ко мне. Дикий пожар мгновенно разгорается внутри и сердце начинает полыхать в груди…
Каждое его касание, каждое прикосновение оставляют глубокие ожоги на коже… и кровавые раны в душе…
Хочу отшатнуться, но Влад второй рукой с силой удерживает. Моё сердце громыхает, заполошно стучит и я слышу… я чувствую, как бешено колотится в груди его сердце.
— Это мои метки, Аня… моё клеймо на тебе… — слышу его горячий шёпот.
— Прекрати…
Не хочу… не хочу так реагировать на него… разум кричит и требует остановиться, а тело горит и пылает под его горячими ладонями, жаждет его грубых прикосновений…
— Никто и никогда больше не прикоснётся к тебе… Ты только моя… И если ты когда-нибудь забудешь об этом, твоё тело напомнит тебе.
— Прекрати, Влад! — кричу, из последних сил дергаюсь… но не могу вырваться.
Я в капкане.
— Ты же тоже чувствуешь это? — наклоняется и шепчет мне в ухо, а затем ловит ладонью твёрдый сосок и сжимает.
По телу моментально проходит волна запретного удовольствия… Дьявол…
Слышу, как шумно вдыхает мой запах.
— Дааа, — довольно тянет Влад, — ты тоже не можешь сопротивляться этой связи.
— Отпусти!
— Хватит противиться мне! Забудь о Руслане! — прижимается к моей спине и жарко шепчет, — есть только ты и я!
— Нет! Нет! Ты говоришь невозможные вещи! Хватит! Остановись! Ты женат! — снова пытаюсь вырваться из кольца его рук.
— Если Руслана беременна, то я больше не прикоснусь к ней, клянусь!
«Беременна» — резко царапает ухо и притихшая едкая боль снова поднимается изнутри.
Хочется горько и громко смеяться… я знаю все его клятвы, я помню все его слова… я знаю — всё это ложь!
Кусает мочку уха, осыпает горькими жадными поцелуями шею, горячими ладонями блуждает по моему распалённому телу…
А я… я медленно умираю внутри и только губы тихо шепчут «отпусти… отпусти… отпусти»…
Но Влад не слышит. Я знаю, он чувствует моё возбуждение. Его ведёт запах самки… желающей его самки…
Когда он резко входит в меня, я кричу… но это не крик удовольствия, это крик отчаяния… безысходности… я слаба перед ним… я чертовски слаба…
Упираюсь ладонями в подоконник и молчу, пока он глубокими, рваными движениями вонзается в меня.
Я чувствую его гнев, недовольство, которые гонят его вперёд… требуют моего подчинения и… падения… падения вместе с ним в эту пропасть безумства… но я держусь, остатками разума цепляюсь за края пропасти… и я не упаду, не сорвусь… я верну себе свободу!
Я буду жить!
Внезапно я чувствую спиной жёсткие волосы. Его страшная, покрытая длинными чёрными волосками рука упирается рядом с моей в подоконник, царапает камень звериными ногтями…
Он трансформируется…
Боже…