— Да, работать в ломбарде и быть по уши в долгах нужно уметь. Впрочем, могу чем-то помочь?
— Что поделать, — Эмилия вздохнула и начала снимать рюкзак, — да, можешь.
— Только ты или парень тоже?
— Да, мой работодатель тоже, — девушка достала из рюкзака мешочек с золотыми пластинками и открыла его.
— Любопытно. Можно посмотреть поближе? — спросила женщина.
— Да, бери, — после этого работница отодвинула небольшое окошко из сетки и взяла сотню альб, начала рассматривать чужую валюту под увеличительным стеклом и под солнечным светом из окна взвешивать.
— Вроде, золото. Любопытное изделие. Спрашивать, где достали, не буду. Сколько хочешь за неё?
— Семнадцать золотых и пять десятков серебряных.
— Много. Четырнадцать золотых.
— Изделие любопытное, а скупать хочешь по дешёвке. Посмотри, сколько их только у меня и задумайся, сколько, в сумме, и без этого можешь накинуть за них. Семнадцать.
— Раз партия большая, то и цена, в среднем, ниже.
— Поэтому и семнадцать, а не двадцать пять, как ты бы выставила. Золото чистое, да и представляет некую эстетическую ценность. Хороший покупатель из знати может предложить вовсе тридцать. Продавать по более, чем удвоенной цене, это уж слишком нагло, не так ли?
— Такого хорошего покупателя ещё найти надо.
— Да что искать, Деймос уже знает всех, кто может заинтересоваться. Не он ли владеет этим местечком?
— Возможно, но стоит ли тревожить его по каким-то мелочам?
— Получить чистыми пару сотен золота даже для него будет большой удачей.
— Тем не менее, покупателя может не найтись.
— Не велика потеря. Веса золота хватит под двадцатку монет. А если начать чеканить из них монеты, чем, несомненно, занимается Деймос, так можно накинуть ещё одну-две золотые.
— И при этом семнадцать это слишком много.
— Ну, я могу пойти в другой ломбард. Их здесь полно и премию от того же Деймоса получит кто-то другой, а не ты, — лиса пожала плечами, встала и выставила руку, чтобы ей отдали пластинку.
— Пятнадцать с половиной.
— Ну, что поделать. Совсем жадные вы здесь.
— Шестнадцать и всё. Больше не дам.
— По рукам, — ехидно улыбнулась девушка. Не то чтобы она продала это по правильной цене, но лучшую вряд ли кто-то даст. Здесь сработало желание горожанки самой обогатиться.
— Сколько у вас там? — после этих слов наёмница посмотрела на чародея.
— Много, — сказала лиса.
Получилось обменять десяток от полукровки и ещё двадцать от Азека. Больше работница ломбарда отказалась принимать. Но это понятно, что слишком много не получилось бы выменять. Затем началось долгое пересчитывание монет, которые занимают много места. Эмилия своё спрятала в рюкзак, а вот парню куда легче: он просто пересыпал всё через портал к остальному золоту, которое ещё представляет из себя альбы. Хотя там ещё и драгоценные камни есть, но наёмница сказала, что не нужно их доставать. Теперь здесь не предложат нормальную сумму ещё и за них.
Затем они вышли из ломбарда и спокойно пошли по улице дальше. Люди здесь такие же, как и в других городах, хоть и дома другие. Да и стража это всё те же гастаты. Всё это не даёт забыть, в каком государстве они сейчас находятся.
— Да чтоб его, повесился, дурак, — Эмилия вздохнула и сказала таким тоном, словно хочет, чтобы её пожалели. Уши при этом прижала к голове, а хвост опустила.
— Значит, этот "должник" был твоим другом, — предположил парень.