— Прошу. Пожалуйста.
После этих слов жрица подошла ещё ближе, прикоснулась к груди наследника престола. От этого боль в разы усилилась и тот лишь тихо застонал.
— Потерпите немного, — Наоми начала зачитывать какие-то религиозные тексты и взывать к богам. Пусть сама идея такого способа использовать собственную силу очень не нравится Азеку, он вовсе не обращает на это внимания. Какая разница, когда это помогает ему?
Спустя пару минут боль утихла. Правда, по всему телу появилось чувство вялости, а часть груди так вообще кажется ватной. Но это в разы лучше. Чародей после этого попытался встать и это получилось без страданий. Хотя всё кажется каким-то странным. Если не моргать более секунды, то всё начинает расплываться.
— Спасибо, — сказал парень и посмотрел на женщину.
— Что произошло с вами?
— Не знаю, — тихо заговорил. — Я просто сидел с Эмилией на скамейке и посреди разговора мне резко стало плохо. Попытался лечить себя, но стало только хуже. Посмотрел на проклятие — увидел что увидел.
— Это то самое проклятие, о котором говорили в прошлый раз?
— Вероятно. Мне сложно что-либо говорить. Мне было страшно. Да и всё ещё.
— Можно сказать жрецам, чтобы сняли с вас это проклятие. Зачем вообще было тянуть, раз оно должно было пробудиться всего через пару дней.
— А мне откуда было знать, что так случиться? — с непониманием спросил Азек, смотря в глаза собеседнице.
— Обычно "отложенные" проклятия пробуждаются при каких-то конкретных условиях. Дата на календаре, знакомство, эффект заклинания или пребывание в присмерти, — пояснила.
— Сегодня мне исполнилось восемнадцать, — тихо признался Азек. Он вспомнил, что при первом появлении Обскурус говорила о том, что-то о времени. И что Айрис дано больше времени. Тогда это воспринималось иначе. — У меня и сестры одинаковое условие для проклятия. Почти, — заговорил, но голос какой-то пустой, а взгляд смотрит в никуда. — Совершеннолетие. Но потом ей было выделено больше времени. Наши родители что-то сделали. Они о чём-то ещё договорились с Энигной, видимо. Проклятие это наши отражения.
— В каком смысле "отражения"? — удивилась Наоми.
— Как-то так было сказано. Я… Я начинаю понимать. Но не до конца. Айрис была вольна выбирать свою форму как пожелает и ввиду большой длительности жизни стала бы куда мудрее людей. И у неё забрали разум, она вернула свою настоящую форму вместо человеческой. Но единственное, что я умею — исцелять. Может, у меня отобрали такую возможность. Я не знаю.
— Или изменили, — рассудила жрица. — Вы говорите, что пытались лечить себя. Как вы это делали?
— Приложил руку к груди. В то самое место, где теперь… Какая-то дрянь.
— То-то оно мне показалось немного другим. Но позволю спросить снова. Если вы хотите, жрецы могут вам помочь со снятием проклятия, — чародей лишь задумался, ничем не ответив. — С вами всё нормально?
— Я… Я соглашусь, — парень слишком сильно боится за себя, чтобы думать ещё за Айрис. В этот момент он переступил через всё, что говорил до этого. Резко сестра отошла на второй план, когда у самого появились проблемы. — Что мне нужно сделать?
— Да ничего, собственно. Я тогда скажу, чтобы за вас передали слово в храм. Но подготовления не быстрые и на сегодня рассчитывать лучше не надо. Вам лучше пока остаться здесь, пока не придёт госпожа Алезия.
— Попросить остаться у вас на ночь что ли?
— Желательно. Я вижу, что проклятие рассеивает то, что я на вас наложила. Так что неизвестно, когда вам станет хуже.
— Спасибо, что решили помочь.
— Это не моё решение. Такова воля госпожи Беатрис. Она же вас отправила ко мне.
— Значит, я обязан всем только ей? — чародей опустил взгляд и его голос стал заметно тише. — Некрасиво всё это получилось.
— Не знаю, что там произошло. Меня там не было.
Ещё немного победесовав, Наоми решила всё же пойти дальше заниматься своей работой. Она оставила всё тех же двух солдат в качестве охраны. Наследник престола же просто лёг обратно и повернулся лицом к стене, осознавая, насколько жалким он был в тот момент, в ботаническом саду.
Ближе к середине дня Алезия Аргенто пришла домой и после того, как освободилась, пошла к Азеку. Парню пришлось объяснить всё, что случилось. Конечно же, в присутствии жрицы. Наследник престола сразу предложил плату в виде ста альб за то, что он останется здесь, в безопасности. Хозяйка дома решила не отказываться от столь выгодного предложения и согласилась. Парень же попросил священнослужительницу снова наложить то заклинание, потому что тело начало болеть. Наоми же согласилась и помогла гостю, когда ушла её госпожа.
На следующее утро чародей проснулся. Всё тело болит, особенно грудь. Но не прямо-таки невыносимо. Заклинание жрицы ещё работает, пусть и ослабло. Пришлось просто ждать в комнате, когда прислуга принесёт ему еду. И лишь тогда попросил, чтобы к нему снова пришла Наоми. Это неприятно признавать, но он сейчас полностью зависим от неё. И наверняка причиняет неудобства.
Впрочем, женщина пришла ещё и с хорошими новостями. Всё готово, чтобы снять проклятие. Неужели это так просто? Можно было просто прийти и попросить помощи? Может, всё же получится уговорить их за огромную плату помочь Айрис? А то вера в себя что-то исчезла за прошедшие сутки.