Болдуин только крепче обнял меня.
— Я буду скучать по ним.
Колт похлопал его по спине.
— Как и мы все.
Болдуин судорожно вздохнул, отпуская меня.
— Я в порядке, но не уверен, что буду делать со всей этой едой.
Ронан ухмыльнулся.
— Ты же знаешь, что мы съедим по крайней мере половину.
— Остальное мы можем отправить домой с кем-нибудь из членов стаи, когда они поедут, — предложил Колт. — Ты же знаешь, они будут в восторге.
Болдуин усмехнулся.
— Верно. Только драконы могут переесть волков.
Раздался звонок в дверь, и наша группа напряглась. В списке принятых посетителей у нас было очень мало людей. Сирша и Дариус. Появление любого из них без предупреждения обычно не предвещало ничего хорошего.
— Я открою, — сказал Болдуин, вытирая руки кухонным полотенцем.
Я прислонилась к груди Деклана.
— Не думаю, что смогу вынести еще какие-то плохие новости.
Он обнял меня.
— Это может быть что-то хорошее.
Хотела бы я в это верить. Просто в последнее время у нас было слишком много потрясений.
— Что бы это ни было, мы справимся с этим вместе, — сказал Колт.
— Вместе, — эхом повторила я. Мне нужно было удержать этот проблеск благодарности. Что мы были друг у друга. Эта связь означала, что мы никогда не были одиноки перед лицом того, что ждало нас впереди. И это был самый большой подарок, который я когда-либо получала.
— У меня действительно есть одна хорошая новость, — сказал Колт.
— Давай, — проворчал Ронан.
— Наш адвокат связался с копами. Они признали смерть Мэриенн самоубийством.
Я моргнула, услышав эту новость.
— Как?
Колт взглянул на меня.
— Дариус сказал, что у него есть друг-маг, который помог с этой частью дела.
— По крайней мере, одним поводом для беспокойства стало меньше, — пробормотал Ронан.
Он был прав, но чувство вины все еще бурлило у меня в животе. Это была самозащита, но разве я не должна была заплатить какую-то цену?
Деклан сжал меня.