Дэш наклонился вперед и сжал мои плечи.
— Ладно, все успокаиваемся.
Я со свистом выдохнула.
— Спасибо.
Я посмотрела в зеркало заднего вида и увидела четыре самодовольные ухмылки.
— Вы все придурки. За это я должна была бы оставить вас в аду с синими яйцами.
Деклан одарил меня дерзкой ухмылкой.
— Ты никогда не смогла бы сдержать эту угрозу.
— Неважно, — пробормотала я, зная, что придурок был прав.
Колт свернул на двухполосное шоссе.
— Сегодня может быть немного тяжело.
Я вздрогнула.
— Все знают?
Он кивнул.
— Телефон разрывался всю ночь.
Я предположила, что было бы лучше, если бы люди знали и не выясняли этого в школе благодаря отметкам Колта. Он сказал мне, что, в отличие от его знака связи, они исчезнут. Но он заменял их снова и снова. Мои губы изогнулись в улыбке при воспоминании о нашем сегодняшнем дне. Я бы совсем не возражала против этого.
Стряхнув с себя воспоминания, я взглянула на него.
— Люди что, сошли с ума?
Колт поджал губы.
— Большинству просто любопытно. Некоторые считают, что было неправильно идти против воли Ассамблеи.
Я вздохнула. Последнее, что мне было нужно, — это чтобы еще больше людей злились на меня.
Дэш снова сжал мои плечи.
— Большинство людей рады за нас. И благоговеют перед тобой.
Я повернулась на сиденье.
— Благоговеют?
Он кивнул.
— Никто не слышал о том, чтобы кто-то проявлялся так поздно.
— Они что, думают, что я ненормальная? — Все, о чем я могла думать, — это о реакции Ассамблеи на меня.
Трейс стиснул зубы.
— Нет, если они хотят сохранить свои внутренности.