— Думаешь, я удивлен? — Влад пристально всматривался в пустые глазницы шлема, точно зная, что за ними все еще есть разум. Умирающего магистра, или же лжебога… — Существует ли более очевидная вещь для религиозного фанатика, чем жертвоприношение?
С этими словами тело Влада распалось, и облако анимы ворвалось в щели доспеха, в то время как стягивающиеся священные лоскуты позади схватили пустоту.
Будучи в форме чистой анимы, Влад с усилием проглотил психическую силу Рабаута, не в состоянии ее переварить. Но ничего не мешало отправить эту агрессивную субстанцию мариноваться в коллективное бессознательное. В чужом измерении оно ничего сделать не сможет.
Дальше кровавое облако вырвалось из позвоночных пластин экзоскелета, и собралось в невредимого Крауса. Он мог бы занять халявную броню, но не готов был рисковать. Кто знает, какие там оккультные символы накалякали веруны.
— Смерть идет за тобой, отступник человечества!
Со всех сторон подоспевали пылающие воины. Многие крепко сжимали в руках металлические кубы, оплетенные цепями. В них имелось по одному круглому отверстию, из которых вырвались спиралевидные лучи триплексной энергии.
«Так вот как вы хотели со мной разобраться. Заманить в ловушку самопожертвованием магистра, ограничить подвижность, и использовать оружие, разрушающее аниму… Дешевый трюк».
— Клеймо разрушения: Опустошение миров! — На этот раз источником силы для клеймения послужила не сутра, а анима.
Темно желтые сгустки энергии, собравшиеся перед ладонями, мгновенно разрослись и превратились в тысяч ужасающих монстров, полных клыков, шипов, и торчащих во все стороны рогов.
Анима — энергия, воплощающая само понятие жизни. Единение духовной, психической, и жизненной основы порождало новые организмы, пусть даже уродливые и короткоживущие.
Монстры сталкивались с лучами энергии из коробок, однако немногие из них были уничтожены. Вокруг каждого вибрировали волны, в хаотическом танце заражающие энергией все больше и больше свободных частиц. Самые тонкие волны выбивали даже глюоны из кварковых связей, нарушая целостность ядер атомов. Тропа разрушения — это все о вибрации и колебаниях, а клейма высшего уровня, вроде Опустошения миров — кристаллизация знаний в этой области, ее самое совершенное проявление. Все-таки, Урагар — создатель пяти троп сутры, истинный гений хоруанской расы.
— Назад! Всем назад!! — Солем взревел, высвобождая колоссальное количество психического пламени. Скованный ветрами Омелума, он утратил больше половины боевой мощи, но прямо сейчас он воссиял, словно вознесшийся бог.
Столб золотого пламени пронзил небеса и землю. Плазма на алебарде погасла, уступив место чистой ментальной мощи. Каждый взмах разрубал монстра, рожденного тропой разрушения, но их тысячи…
Пылающих воинов разорвали на куски в считанные секунды, по пути низведя до атомов большую часть плато. Даже чудовищам Вормонд пришлось в спешке эвакуироваться, чтобы не попасть под раздачу.
Из семи магистров осталось только двое. Солем, и Безымянный — магистр твердыни Покаяния, у которых вера головного мозга шла рука об руку с отрешением от мирских благ и священным самоистязанием. Оба выглядели не очень-то бодрыми, задыхаясь, в окружении тусклого золотого пламени.
— Сила неплохая, но оригинал все-таки лучше. — Влад задумчиво пробормотал под нос, оценивая результат использования Опустошения миров с подпиткой анимы. Преимущество ее перед сутрой, в возникновении полноценных форм жизни, которые могут атаковать, защищаться, и даже использовать уловки. Улучшенные самонаводяшки. Однако суть оккультизма хоруанцев, по крайней мере, тропы Разрушения, в немедленном уничтожении противника, или области. Простота здесь абсолютный синоним эффективности. Если бы использовалась оригинальная версия данного клеймения, в живых не осталось бы никого. — Раз уж большего показать вы не можете, пора закругляться.
Влад спикировал к Безымянному магистру, чья золотая броня была покрыта культовой черной краской твердыни Покаяния, символизирующей пустоту личности, и готовность принять все от священного пламени. Неожиданно полумертвый боевой монах, утративший оружие, встретил противника яростным потоком ударов. Влад без труда блокировал кулаки, и на очередном джебе, с выскакивающим шипом из предплечья, схватил его за запястье. Легкое подтягивание на себя, и удар ладони в локтевой сустав. Со скрежетом сминаемого металла бронированную руку вывернуло в неестественном положении. Тут же слитным движением последовал пинок в колено, с тем же хрустящим и кровавым результатом.
— Да я Ип Ман, скажи? — Влад приподнял бровь. С его физической силой даже щелбаны могли заиграть фатальной силой, не говоря уже о китайских танцах.
Словно не чувствуя боли, Безымянный ответил левым хуком, но Влад выставил шип сломанной руки навстречу кулаку, распоров последний до предплечья. На мгновение отпустив монаха, он тут же перехватился за затылок. Не успел пылающий воин отреагировать, в верхнюю часть груди, прямо над ключицами, уперлось колено. Быстрый разворот бедра и тело без головы полетело в великую пропасть, оставшуюся после опустошения миров.
— Вот и все Солем. — Влад обернулся, с полуулыбкой глядя на бессильного магистра твердыни Рассвета. — Ты пришел к своему финалу, осталась последняя сцена.
Глава 55
Провокация людей в трансляции
— В этом ваша надежда? Ваша гордость и вера? — Стоя над корчащимся телом Солема, Влад изобразил на лице крайнее презрение. Он обращался к зрителям, затаив дыхание, следившим за пытками магистра пылающего воинства. — Мусор. Вы, ваш бог, весь доминион — просто отходы.
Как только прозвучали пренебрежительные слова, трансляция взорвалась комментариями:
«Будь ты проклят!»
«Предатель человечества, как смеешь клеветать на нашего Бога?…»
«Священное пламя сожжет твою душу, ЕРЕТИК!!!»
«Мразь! Я убью тебя!»
Люди, независимо от того, жители они твердынь, колониальных станций, или даже Медиза, обливали обезумевшего эспера грязью. Пожелания мучительной смерти, вероятно, самые безобидные из отзывов.
Подобная реакция вспыхнула не только из-за слов и поступков Крауса, средства массовой информации тоже приложили руку. В особенности подконтрольные Элистократуму осветителя новостей, вылили тонну помоев. Они изрыли прошлое офицера твердыни Рассвета вдоль и поперёк, неустанно прокручиваю информацию о его принадлежности к бандам. Сомнительные высказывания, вырванные из контекста, да и те, со слов интервьюируемых соучеников. Вызывающее поведение в логии милитарис, неуважение к офицерам и к самому Священному пламени. Пресса была в ударе.
Если бы в протовселенной существовал архетип дьявола, то на фотографиях Крауса изображали бы с рогами, копытами, и красной кожей.