То, что было нужно Владу — нечто непреодолимое и непонятное, а не возможность создавать фаерболы.
Когда противник не знал с чем бороться, шанс на победу значительно возрастал. Это стало очевидно, когда на высших офицерах и благочестивце Жозефе использовалось клеймо Неотвратимой крови. Оно позволило убить всех родственников жертвы, и даже священнослужители не могли этому помешать, так как не знали, с чем столкнулись.
Один взгляд, способный мгновенно прикончить противника, разве это не потрясающе?
Поместив генетическую последовательность в ядро вируса, где находилась пустая кровь происхождения, Влад отпустил щипцы и позволил триплексному геному вновь свернуться в запутанный клубок.
«На эксперименты времени нет. Если что пойдет не так, просто отброшу часть тела…».
Решившись, он с помощью периферийного оборудования перетащил вирусную клетку в крошечный инкапсулятор, после чего подставил ладонь под иглу.
Быстрый и безболезненный укол. За ним секунды затишья, прежде чем оболочка капсулы не разъелась анимой.
С освобождением вирус напал на первую встреченную клетку, обманывая ее защитную систему и попадая внутрь.
Мутации начались.
Глава 13
Изменения
— Боль…но… — Скрючившись на полу, Влад тихо скулил свозь стиснутые зубы, трескающиеся от силы сжатия, и вновь восстанавливающейся.
В первые секунды после заражения он ничего не почувствовал, но потом пришла такая боль, что пришлось подавить нервную ткань. Но вскоре анима вышла из-под контроля и агонию больше не удавалось сдерживать.
Влад хотел отсечь распухшую, побагровевшую руку, вот только мышцы сводило судорогой. Ни одна часть тела, кроме мозга, не слушалась его. А вскоре и разум начал затуманиваться, в последних образах представляя, как распухает и волдырится серое вещество под черепной коробкой.
Неизвестно, сколько времени прошло, но разум постепенно прояснился.
Глаза медленно открылись, улавливая яркий источник света над головой.
— Он пришел в себя… — Над ухом раздался женский голос, а затем появилось любопытное лицо, перекрывшее свет от медицинской лампы.
Ярко алые локоны волос свисали с темного ореола лица, которое тут же нетерпеливо отодвинула мужская рука.
— Вы в порядке? — Райзен обеспокоенно наклонился, вглядываясь в лицо Крауса.
Вчера, не дозвавшись новоявленного босса, барон отправился в его апартаменты и обнаружил, что Краус лежит без сознания. При этом тело постоянно подергивалось, а внешность вернулась к изначальной.
Не зная, что делать, барон отнес босса в медотсек, где роботы принялись сканировать его. Но помимо тотального повышения температуры, оплавляющей все датчики, и заставляющей загораться тканьевые материалы, ничего не обнаружили. Попытка взять анализы привела к тому, что игла расплавилась в теле, а затем робота схватили и раздавили багровые щупальца анимы.
Чтобы обеспечить безопасность персонала, Райзену пришлось позвать подчиненных эсперов.
Каков же был их шок, когда в пациенте узнали нашумевшего эспера категории А+. А уж когда выяснилось, что это тот самый новенький, у всех спины похолодели.
Особенно нервной выглядела Скарлет, нарывавшаяся на неприятности при знакомстве.
Влад тихо поднялся, ощущая жар по всему телу, и невероятную силу.
Он пальцами смял цельнометаллический прут в корпусе лежака, с легкостью отщипнул от него кусок, и начал катать между подушечками большого и указательного пальца, словно какой-то пластилин. Металл раскалился до бела от таких деформаций, но Влад ощущал лишь легкое тепло.
В то же время окружающие в ужасе переглядывались. Такое простое и в то же время пугающее проявление физической силы, заставляло переосмыслить понимание данного аспекта.
— Да, я в порядке. — Влад, наконец, соизволил ответить на вопрос Райзена, лучась довольной улыбкой.
Он посмотрелся в хромированную поверхность медицинской лампы, и увидел в отражении лицо Крауса Майнорда. Не это привлекло внимание, глаза…
Радужка красная, как при использовании анимы, а вот зрачок мутировал. От него во все стороны тянулись черные жилки, напоминающие корни древа, и они медленно шевелились, ощупывая ободок.
Так выглядело слияние инвазивного зрения, проявляющегося крестообразными зрачками, и глаз жизни и смерти, которые выглядели как обычный зрительный орган, за исключением движущихся против часовой червячков в радужке.