Это наступал сезон,
Когда приближались дикие куры.
Я видел как их бешеная стая,
Которую не повернуть вспять,
Машет крыльями, будто взлетая,
Но они не могут летать.
Город был не менее ловок,
Защищался он как мог —
Баррикадами микроволновок,
И обутых в кирзы ног.
А сражение пока лишь близилось,
И был еще полный штиль.
Прохожие блаженно облизывались,
Предвкушая куры-гриль.
Но прорвалось, словно Везувий,
Из миллиона куриных тел —
Град яичниц-глазуний
И артиллерийский омлетный обстрел.
Город сомкнулся грозя им
Кто ножом, кто жилистой рукой.
Стройные ряды домохозяек
Смело вступили в бой.
И пошли рубить приближавшихся
На жаркое и прочие блюда.
Жалкие тела обожравшихся
Валялись повсюду.
А кур все несло
Миллион за миллионом.
Небо всю ночь рвало
На город куриным бульоном.