Камни тоже плавают: читать книгу онлайн полностью и бесплатно

Я думал взорвется папаша, но очарование пикантнейшей сцены разрушила княжна.

— Папенька, я Ивана привела! Как ты наказал! — пискнула и, светя пылающими малиновыми ушами, усвистала по лестнице наверх. Пытаясь оправить юбки.

Морду бить? Теперь и неудобно как-то… Подзависли и оба проводили ее взглядами. Только князь озадаченно-задумчивым ее спину, а я — нагло-восхищенным — то, что чуть ниже.

А вот взгляд князя на меня мне уже откровенно не пронравился. Радость и предвкушение в нем были. И наконец-то завершившееся ожидание хищника перед броском.

Ну а я, что я? Сами, значит, избрали такой путь, а мне смущаться? Щаааз! Как там учил на семинарах мастер Вадим Шлахтер? Наглость второе счастье, попался на горячем — ошеломляй! А тут столько усилий потрачено: меня и притащить, и так красиво подставить… грех не воспользоваться. Остатками сомнений мелькнула мысль: «Эх, Таня, Таня… чему тебя папа учит… не играй людьми… они ответить могут».

— Николай Николаевич, вы не представляете, как я рад вас видеть! — ну а что? Главное не зевать и на прямой в челюсть не нарваться, шагая с улыбкой и распростертыми объятиями к отцу облапаной мною княжны.

— Ээээ… — видимо, не ждавший такого князь, подрастерялся и, оказавшись в моих объятиях, дернулся да оглянулся на лестницу вслед убежавшей дочери!

— Абсолютно согласен с Вами! Танечка Николаевна просто само очарование! — и, пресекая попытку перехватить инициативу, беру князя доверительно под руку, — Не поверите, я просто без ума от вас и от нее!

— А… ааа… — странный он. Тут не XXI век, ситуация обострена мною до однозначности — морду бить наглецу нужно срочно и гнать в три шеи, а он мямлит и мнется. Почему-то не решается хотя бы просто вышвырнуть меня вон? А может правда мезальянс предложить? Чем черт не шутит… Понятно, что мне эта женитьба уже никуда не уперлась. Кто ж поверит после этих игрищ? Ладно, и сам не святой, и все женщины делятся на красивые, верные и красивые, верные, но резиновые. Но если князь на это поведется, то это серьезный повод задуматься о моих перспективах дожить до завтра… Но хотя бы сейчас отсюда уйду спокойно.

— И она меня любит! Как же ж без любви!? — побольше патетики в голос и пойманный мною врасплох и заспамленный князь тормозит за потоком слов. На контроль движения его ошеломленного мозга не хватает. Поэтому мне приходится подправить его траекторию. Чтобы не влип во выплывшую нам на встречу и пышнотелую тетку в одеянии горничной.

— Да я…

— Князь, представляете мои таланты и Танечкина красота? Петербург падет! — напрочь игнорируя прислугу, добавляю, — Да что там Петербург? Рим падет!

— Ка…ка…как… — краем глаза вижу как округляются глаза у тетки. Всё, слухи точно поползут.

— Вы правы Николай Николаевич, некрасиво! Нужно с этим что-то делать,…а может мне Пауля Фридриховича грохнуть? — подмигиваю толстой тетке. У той в ответ отвисает челюсть.

— Что сделать? — в сердцах в душе плююсь за оговорку. За словами следить надо лучше! Сейчас еще не грохают. Я тормознул, и князь отмирать сразу стал. Сорвался.

— Грохнуть. Замочить… Ну, Николай Николаевич, вы из себя девочку то… в ад сплавить, чтоб не мешался… и невесту мне, — перегнул, только в чем опять не понял. Мало инфромации, мало! Бледный Танечкин родич чуть не рванул от меня. Еле поймал и удержал. Но удержал.

Только вот князь отвис, зло глянул на греющую уши прислугу, шикнул мне: «Не при них!», горничной в полный голос: «Матвея зови!», ну и потащил меня к себе в кабинет.

В кабинете Долгорукий в первую очередь дернулся к бару и бренди по стаканам плеснул. Первый стакан залпом сам тяпнул. А потом уж доразлил и мне снизошел предложить. Ну и сигару предложил. О как его прижало! Точно, завтра небеса разверзнутся и Тунгусский метеорит прилетит! Или уже прилетел? Вот же ж, не помню, историю надо лучше учить…

Сели, сидим, тянем благородный напиток. Молчим. Я тяжелый стакан в руках баюкаю, грею. Игра, кто первый заговорил, тот подсознательно слабее. Мне легче, я после Танечкиных попрыгушек больше об отбитых местах думаю. Логично, что терпение у князя первого сдает. Или очухался просто? Решился?

— Иван Сергеич, вы его… грохнуть… из-за спидстера предложили? Из-за того, что он от завода вас оттер или из-за Тани? — ага, щазз прям и ответил!

— А вы думаете, что через год-два этот спидстер кому-нибудь нужен еще будет?

— Мда… — князь морщит лоб, — вы считаете, что Беккель не сможет запустить автомобильный завод?

— Почему? Может и сможет. На какое-то время. Только ничего нового он предложить не способен. Будет только чужие идеи копировать. — видя недоумение князя, поправляюсь, — Повторять. А таких конкуренты быстро съедают, — морщится Татьянин папа́. Неужели финансовые планы князя походя похерил?

— А вы?

Чуть пожимаю плечами, что тут отвечать, и так понятно — создал же. Опять молчим. Вот что ему так от меня надо? Ну не инженер же!?

— У Пауля Фридриховича есть финансы…

— Николай Николаевич, ну не смешите меня! — смеюсь.

— Ну да, ну да… Всколыхнули вы Иван Сергеевич своими финансовыми прожектами Петербург. И бритты, и французы, и германцы как мухи теперь вокруг Двора вьются. — ага, похоже первая причина долгоруковского ко мне интереса, значит, все же деньги. Жадность князя обуяла?

Опять сидим, молчим. Князь что-то свое прикидывает. Я улыбаюсь ему, а сам напряженно дальше мысль думаю.

Жадность? Да, жадность. Золотой теленок ему нужен. Но только не это главное, не это. Это только как приятный довесок… Неужели правда единственную дочку согласится за меня отдать?