— Дымов, ты ж не пьешь.
— Когда работаю ни-ни, а сегодня можно.
— А где Славка? — Поинтересовался его лучший друг.
— Снова укатил, теперь еще дальше, его пригласили, хотят продать ему кое какое оборудование, он поехал с нашими специалистами проводить осмотр. Может пригодится для нового завода.
— Загорский снова ударился в работу. — Вздохнул Стас — Надо было вместе со мной в клуб вкладываться.
— Ага! Посмотри где он и где ты — подколола его жена.
— Ну уж знаешь, дорогая не бедствуем. Семь клубов по области, тоже не плохо.
— Да помню я, как ты мотался, занимался ими. — Вздохнула Горина. — Риту жалко, скучает по нему.
— Ничего — перекрикивал громкую музыку Павел, — это последняя поездка. Сейчас все заводы заработают и можно будет отдохнуть.
Мужчины снова наполнили стопки коньяком, который кстати был хорош, отметил Станислав, а девочки немного пригубили вина.
— Стася — улыбнулся ей Паша — почему не пьешь?
— Я вообще не употребляю алкоголь, только немного иногда.
— Это хорошо — подмигнул ей Дымов, а у неё чуть от этого бокал с минералкой из рук не выпал.
Компания из четырех человек продолжила вечер, зазвучала медленная музыка и Павел встал со своего места.
— Станислава, разрешите мне пригласить Вас на танец.
— Вот еще — Стася демонстративно отвернулась, он недоуменно уставился на нахалку.
— Стаська — рыкнул на сестру Горин, — быстро пошла с Дымовым.
— Ты пьян? — крикнула она брату. — Не собираюсь я с ним танцевать.
Стас не долго думая поднялся, подхватил сестру под локоть и подтолкнул в объятия Дымова.
— Развлекайтесь. Заведение работает до последнего клиента. — Он строго посмотрел на Томпсон — Только попробуй взбрыкнуть.
— Да что я тебе сделала? — возмутилась Станислава.
— Я обещал Павлу весело провести время, он хочет танцевать, танцуй.
— Так это он хочет танцевать, а не я.
— С тобой!
— Не ругайтесь — оборвал их Дымов — Мы уже танцуем. — И потащил упирающуюся Горину в толпу. Найдя место, он крепко прижал к себе молодую женщину и улыбался, хитро на неё поглядывая.
— Все равно лошок — одними губами проговорила Горина. И получила по ягодицам ощутимый шлепок большой ладонью. — Эй — возмутилась она. — Ты что себе позволяешь?
— Еще раз обзовешь меня, будет больнее.
— Что? Я брату скажу, он тебя уроет. Урод. — Ай — снова вскрикнула она, потому, что шлепок повторился и уже сильнее.
— Охренел — протянула она вытаращив глаза на Павла.
— А разве леди произносят такие слова? — проговорил ей на ухо Павел.